Грязное золото. Оставит ли россиян без тепла и света резкий рост цен на уголь

Осенью 2021 года цены на уголь резко выросли, а на внутреннем рынке возник дефицит. Это стало проблемой для ряда регионов Сибири и Дальнего Востока, где многие электростанции работают на угле. Кое-где власти даже не успели вовремя сформировать запас на отопительный сезон. Без возможности купить уголь остались и простые жители, которые самостоятельно отапливают свои дома. В результате над сибиряками нависла угроза остаться без тепла и света зимой. Пока проблему удаётся решать субсидиями, но потянут ли россияне угольную генерацию, если ситуацию не удастся выправить?

Грязное золото. Оставит ли россиян без тепла и света резкий рост цен на уголь

Дать стране угля

Проблему с углём на всю страну озвучила алтайская журналистка во время пресс-конференции Владимира Путина 23 декабря. Представительница прессы задала вопрос о высоких ценах на топливо в Алтайском крае, которые привели к сложностям в поставках и угрозе срыва отопительного сезона. Особенно сложная ситуация сложилась в Локтевском районе, где жителям пришлось выдавать топливные пайки.

В ответ президент отметил, что проблемы с нехваткой угля — это упущение муниципалитетов и региональных властей, которые должны были вовремя сформировать запасы. По его словам, проблему можно легко решить бюджетными средствами.

«Все руководители регионов мне докладывали, что готовы к отопительному сезону. Но если возникают проблемы, у нас есть для этого субсидии. Поэтому все жалобы муниципалитетов, что им чего-то не хватило, — просто отговорки. Они должны были, несмотря на подорожание угля, обеспечить необходимые объёмы для прохождения отопительного сезона. А то, что уголь подорожал, — это даже хорошо, ведь наши компании теперь неплохо зарабатывают на экспорте. Просто региональным и муниципальным властям надо было договариваться с ними о корректировке ценообразования на внутреннем рынке», — заявил Владимир Путин.

Грязное золото. Оставит ли россиян без тепла и света резкий рост цен на уголь

Тем не менее российский лидер поручил региональным и муниципальным чиновникам, а также Следственному комитету разобраться в ситуации и найти решение проблемы с ценами.

А проблема действительно есть: с начала 2021 года уголь подорожал почти на 60%. В то же время на 50–60% подорожала стоимость доставки топлива железнодорожным транспортом.

В отличие от электростанций, являющихся стратегическими объектами и работающими под контролем государства, уголь для отопления жилых домов и предприятий компании из сферы жилищно-коммунального хозяйства закупают у поставщиков самостоятельно. Кроме того, в частном порядке приобретают его для отопления домов и обычные россияне — многие льготные категории при этом имеют право на субсидию от государства, отчасти компенсирующую расходы на топливо.

Но воспользоваться ей можно только в том случае, если уголь в принципе можно купить. А с этим всё не так просто: на фоне скачка цен на все виды топлива за рубежом и увеличения спроса на уголь прежде всего в Юго-Восточной Азии угольным компаниям оказалось выгоднее продавать свою продукцию на экспорт. Вагоны, друг за другом идущие в Китай, задерживались там и просто не успевали обслуживать ещё и российские направления.

Грязное золото. Оставит ли россиян без тепла и света резкий рост цен на уголь

В итоге для внутреннего рынка, особенно для прямых продаж населению, почти ничего не осталось, да и цены на это «почти ничего» заметно поднялись. В итоге с проблемами столкнулись жители Алтайского края, Новосибирской области и даже Кузбасса, где добывают 60% каменного угля России.

Власти Алтайского края забили в набат ещё в сентябре, но к декабрю вопрос менее острым не стал. Несмотря на то что в крае в целом сформирован резервный запас угля, в некоторых районах есть определенные сложности с обеспечением людей теплом. Так, в уже упомянутом Локтевском районе, по данным СМИ, жители вынуждены были объединяться и ночевать в чужих домах, чтобы не замёрзнуть, а в некоторых деревнях люди начали незаконно рубить лес. Таких проблем, как подметил депутат местного райсовета Сергей Крысанов, не было даже в лихие 90-е.

«До настоящего времени жители района не могут приобрести уголь в достаточном количестве, что создаёт угрозу здоровью и благополучию граждан», — сделали вывод в Следственном комитете и возбудили дело о халатности в отношении местных чиновников.

Грязное золото. Оставит ли россиян без тепла и света резкий рост цен на уголь

Триумф угольных цен

Рост цен на уголь начался ещё в первом квартале 2021 года, когда крупнейший потребитель угольного топлива — Китай — перестал работать со своим основным поставщиком — Австралией. В итоге на рынке Юго-Восточной Азии, где всё ещё довольно велика доля угольной энергетики, образовалась колоссальная потребность. Её начали закрывать за счёт традиционных поставщиков топлива в России и Казахстане, ранее работавших в том числе на российский и европейский рынок.

Тем временем в Европе тоже всё шло не очень гладко. Евросоюз уже несколько лет подряд планомерно сокращает использование неэкологичных видов топлива и переходит на альтернативную энергетику, прежде всего ветряную, водную и солнечную. Но в 2021 году ветра европейским странам не хватило, и в итоге ветряки выработали заметно меньше энергии, чем рассчитывали власти.

Ситуацию не улучшили прогнозы холодной и снежной зимы и сложные взаимоотношения с Россией, которая планировала уже в этом сезоне начать поставлять газ по «Северному потоку — 2». Но санкции, споры и проволочки привели к тому, что «Газпром» и большинство европейских потребителей российского газа разорвали долгосрочные контракты по фиксированным ценам.

На фоне пустующих хранилищ и неясных перспектив газ пришлось закупать на бирже, где его цена побила все рекорды и поднималась до $2300 за тысячу кубометров.

В таких условиях странам пришлось вспомнить и о «грязном» угле — выбирать пришлось между ущербом экологии и перспективой заморозить тысячи жителей ЕС в собственных домах.

Мнение эксперта
Игорь Юшков
ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности

На мировом рынке — и в Европе, и в Азии — потребление угля выросло очень сильно. В Европе это связано с энергетическим кризисом: ветряные и другие альтернативные электростанции дали меньше энергии, чем предполагалось, поэтому пришлось закрывать потребности другими источниками энергии.

При этом на рынке газа тоже возник дефицит, потому что добыча падает, СПГ идёт в Азию, а «Северный поток — 2» в этом отопительном сезоне уже не откроют. В Азии уголь востребован исторически, поскольку там очень много угольных электростанций, а Китай стал очень сильно развиваться после пандемии коронавируса, так что угля ему надо очень много. При этом у них тоже возникли перебои из-за ряда поставщиков в Индонезии и Австралии, а свои шахты в преддверии глобальной климатической конференции китайцы начали прикрывать, чтобы продемонстрировать старания в плане трансформации энергетики.

В итоге у них тоже начался энергокризис, в некоторых городах и электричество-то давали всего на несколько часов в день, торговые центры посреди дня закрывались. И очень много начали закупать угля у России. Пусть многие и говорили, что уголь — это уходящее топливо, но в этот год случилось так, что мировое потребление угля выросло на целых 9%, это колоссальный прирост.


И, разумеется, угольщики не упустили шанс воспользоваться предоставившейся возможностью — поставлять продукцию на экспорт оказалось выгоднее, е работать с внутренним рынком. Спрос на этот вид топлива уже в начале 2021 года оказался так высок, что цены продолжили расти даже летом, хотя обычно к концу отопительного сезона поставщики предоставляют сезонные скидки.

Мнение эксперта
Юрий Матвейко
глава Алтайского топливного союза

Я знаю одно: цены на уголь в этом году очень сильно выросли. Проблема конкуренции с экспортными ценами существует, и не только с углём, — то же мы наблюдаем и с продуктами питания, и с топливом. Всё зависит от того, как оперативно на это реагирует правительство. Но жёсткого кризиса по поставкам угля в регионы, которые сами не добывают, нет. Если бы всё было катастрофично, я не сомневаюсь, что оперативно последовало бы какое-то решение и, например, экспорт закрыли. Но тут ещё такой момент: нам надо формировать федеральный бюджет, который идёт на выплату социальных пособий и обязательств. Соответственно, когда угольщики экспортируют уголь, там идут совершенно другие поступления в бюджет, и мы таким образом копим подушку безопасности на случай непредвиденных сценариев.

Так что здесь ищется баланс. Конечно, это держит регионы в напряжении из-за опасений, что вдруг не отгрузят, вдруг случится очередное ЧП, вдруг угля не хватит на внутренний рынок. Но надо понимать, что ценообразование на уголь во многом зависит от спроса. Сейчас спрос на мировом рынке повышен в том числе из-за дефицита газа в Европе: там расторгли все долгосрочные контракты с «Газпромом» и теперь вынуждены закупать на бирже по биржевым ценам. В итоге мы видим скачки на газ до $2000 за тысячу кубометров, и даже в России есть напряжённость по поставкам газа, хотя мы её и не замечаем.


Сейчас на продажу за рубеж едет даже низкокалорийный (то есть дающий меньше тепла при сжигании) уголь, которые раньше оставался в России. Осенью в Европе стоимость некоторых сортов угля доходила до $300 за тонну, в то время как в 2019 году опускалась ниже $50.

Мнение эксперта
Кирилл Родионов
эксперт Института развития технологий ТЭК

Для российских угольщиков экспорт играет всё более определяющую роль. Если в 2000 году поставки угля на внутренний рынок более чем в пять раз превосходили экспорт (208 млн тонн против 38 млн тонн), то в 2020 году уже экспорт более чем на 40% превосходил внутренние поставки (212 млн т против 147 млн т, согласно данным ЦДУ ТЭК). Одна из причин — сжатие внутреннего рынка: в 2000 году спрос на уголь со стороны российских электростанций составил 128 млн т, тогда как в 2020 году — лишь 94 млн тонн (данные ЦДУ ТЭК).


Несмотря на сжатие спроса, уголь продолжает играть важную роль для Сибири и Дальнего Востока, где на его долю приходится около половины выработки.

Но в ситуации, когда властям на местах не удалось вовремя обеспечить запасы угля для продажи населению, россиянам сибирских и дальневосточных регионов остаётся договариваться о поставках с Казахстаном и довольствоваться углём самого низкого качества, который в Новосибирске уже прозвали «земля Кузбасса». Горит он плохо, а на площадки для отгрузки его привозят вперемешку с землёй.

Но и самим жителям Кузбасса из недр родной земли достаётся немного: с середины октября о проблемах с закупками угля сообщали жители не только сельских районов, но и Кемерова, Мариинска, Топок и Тайги. Пенсионеры и сотрудники некоторых шахт не могли вывезти со склада даже положенный им бесплатный пайковый уголь. Власти Кузбасса объясняли ситуацию проблемами с основным поставщиком, отсутствием подвижного состава на железной дороге для отгрузки, но сами горняки уверены, что причина — в резком росте экспортных цен и желании руководителей региона на нём заработать.

Где деньги, Зин? Как растут долги россиян за тепло

Нехватка угля — самый острый вопрос в текущей ситуации, но есть и другая проблема — долги. По словам замминистра строительства и жилищно-коммунального хозяйства Алтайского края Евгения Григоренко, суммарно районы должны краю около 948 млн рублей за резервный уголь из регионального запаса. А оплатили за 2020 год лишь чуть более 100 млн рублей. И это не говоря уже о долгах напрямую перед поставщиками ресурса.

Такие проблемы наблюдаются в ряде районов Алтая далеко не первый год. Сейчас поставщики работают с районами-должниками не очень охотно, отпуская ровно столько угля, сколько они могут оплатить прямо сейчас. В результате некоторым муниципалитетам сложно сформировать запас: ещё в ноябре Каменский район топился буквально «с колёс», за счёт постоянно подвозимого и тут же расходуемого топлива. Нехватка денег на уголь отчасти связана с большими расходами на поддержание работы самих теплосетей: из-за ветхости они постоянно требуют ремонта.

Не помогают наладить ситуацию с обеспечением теплом и сами россияне: из-за общего падения доходов этим летом суммарный долг за жилищно-коммунальные услуги в России достиг 1,33 трлн рублей. Из них 2 млрд не доплатили жители Алтайского края.

Сейчас, как отчитались главы проблемных алтайских муниципалитетов, поставки удалось наладить и какой-никакой запас сформирован. Но кое-где россиянам по прежнему приходится закупать дрова, которые расходуются значительно быстрее угля и выходят дороже.

Мнение эксперта
Юрий Матвейко
глава Алтайского топливного союза

Есть проблемы с теплосистемами отдельных городов, но Алтайский край в целом живёт своей размеренной жизнью. Я на днях встречался с главой города Алейска, там запас на 30 дней сформирован. Наверное, где-то есть недостаток, но совсем пустых площадок нет. По большому счёту и кризисом ситуацию назвать нельзя. Сейчас налажена поставка угля из Казахстана: пограничные районы уже давно покупают уголь там, потому что это ближе и цена значительно интереснее, чем в Кузбассе.

Что до долгов, мне кажется, последние два-три года угольщики никому уголь без денег не дают, в этом году даже за деньги очень сложно было купить, не то что с последующей оплатой. Помнится, в 2014–2018 годах Алтайский край должал кузбасским угольщикам более миллиарда рублей, но эти долги были закрыты. Сейчас бюджет сбалансирован и муниципалитеты точно рассчитываются за полученный уголь сразу. Страшных долгов перед шахтами я не вижу, по крайней мере, на сессии с министром финансов ни о чём таком не говорили.

Есть другая проблема: сейчас надо будет пересогласовывать все тарифы на тепло из-за роста цен на уголь. Тем не менее сейчас депутаты принимают решение о росте тарифа в пределах инфляции и о субсидиях малообеспеченным семьям, чтобы компенсировать это повышение.


Проблемы угольной энергетики

Как уже упоминалось, некоторые факторы усугубляют ситуацию с углём. Например, устаревшее оборудование сферы ЖКХ и те же ветхие тепловые сети. Их работа не очень эффективна и сопровождается потерей производимого тепла, в итоге топлива для отопления требуется всё больше и больше. Кроме того, для поставки угля традиционно используются ж/д перевозки, а в этой сфере уже несколько лет наблюдается дефицит вагонов. И это системные проблемы — что и говорить о более мелких, вроде воровства угля из котельных.

Мнение эксперта
Игорь Юшков
ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности

Для внутренних регионов ключевым фактором стала ограниченная пропускная способность железных дорог. Мы не можем одновременно резко нарастить поставки и на экспорт, и на внутренний рынок. Да и наши угледобывающие предприятия тоже не безграничный потенциал имеют к увеличению объёма производства, особенно на фоне падения спроса в 2020 году. В этом году хорошая конъюнктура, но чтобы нарастить производство, потребуются инвестиции в модернизации шахт и минимум несколько лет. А сейчас этого делать никто не собирается, так как все заявляют об отказе об угля, и в следующем году снова может быть спад.


Между тем использование угля для отопления давно уже признали неэкологичным, так как при его сжигании в атмосферу выбрасывается большое количество парниковых газов. Несмотря на это, в 2021 году угольная энергогенерация в мире может достичь исторического максимума. Но долго такая ситуация не продлится, уверены эксперты.

Мнение эксперта
Кирилл Родионов
эксперт Института развития технологий ТЭК

В российской угольной отрасли экспорт уже достаточно давно превалирует над внутренними поставками. На мой взгляд, это хорошо — пусть уголь идёт на экспорт, а в России его будут замещать более экологичными источниками. Но ралли на мировом угольном рынке, по всей видимости, закончилось. Например, в Европе цены на уголь в середине октября поднимались до $237 за тонну, а к началу декабря снизились до $117 за тонну. То же самое касается и Китая: цены на ключевом китайском хабе Циньхуандао за тот же период снизились с $266 до $207 за тонну, следует из данных Refinitiv.

В Китае пик энергетического кризиса уже позади, в том числе из-за наращивания угольного импорта: в ноябре 2021 года КНР импортировала в три раза больше угля, чем в ноябре 2020 года (35,1 млн против 11,7 млн тонн, согласно данным Главного таможенного управления КНР).


Мнение эксперта
Игорь Юшков
ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности

Я думаю, что, конечно же, будет откат. После окончания отопительного сезона мы увидим снижение цен на уголь. Кроме того, европейцы всё ещё придерживаются своей программы декарбонизации и в первую очередь они будут отказываться от угля. Поэтому в целом перспективы угольной отрасли по всему миру не очень радужные. Все признают, что это самый грязный источник энергии. Но ещё несколько десятилетий, я думаю, эта отрасль будет существовать: отказаться от угля на раз-два за несколько лет, конечно, невозможно. На Западе это произойдёт раньше, в Азии позже.

В России он ещё долго будет востребован, тем более что в случае закрытия шахт для властей возникает много проблем: что делать с шахтёрами, их городками, самими шахтами? Повторения бунтов 90-х (массовые забастовки шахтёров против закрытия добычи и невыплаты зарплаты. — Прим. «Секрета») никто не хочет.

Скорее добычу оставят, а на угольных электростанциях будут ставить современные фильтры для улавливания парниковых газов и выбросов, и потом их захоранивать. Возможно, этот год станет одним из последних успешных для угольной отрасли в глобальном масштабе.


Пока цены на уголь остаются высокими, но делать с этим что-то, кроме субсидий, власти с вероятностью не будут, сходятся во мнении опрошенные «Секретом» эксперты. Хотя рычаги воздействий у регуляторов есть: вмешательство ФАС в вопрос формирования цен на угольных разрезах или ограничения экспорта могли бы помочь ситуации в ближнесрочной перспективе, но решением корня проблемы это бы не стало.

Мнение эксперта
Юрий Матвейко
глава Алтайского топливного союза

Самое простое, что можно сделать с углём, — ограничить экспорт. Закрыли железную дорогу — и уголь поехал в регионы. Так что всё зависит от того, как поведут себя регуляторы. Если не делают — значит, чрезвычайной ситуации нет.


Мнение эксперта
Игорь Юшков
ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности

Что могло бы помочь? Энергосбережение, перевод потребителей на другие источники энергии, на тот же газ. У нас интенсивно идёт программа газификации, но многие — даже крупные — города пока ещё остаются на угле. Вопрос в том, что практически все эти меры могут сработать только на долгой дистанции. В данный момент, в ближайшие месяцы это не поможет, спасёт ситуацию разве что регулирование самого рынка: топливные квоты поставок на внутренний рынок и на экспорт. Но насколько я знаю, такие меры сейчас не рассматривают, скорее пытаются в ручном режиме договориться с угольными компаниями о поставке хотя бы необходимого минимума регионам.

Тем более что после трагедии на Листвяжной пошли всевозможные проверки по шахтам, и на этом фоне ссориться с регуляторами угольщикам невыгодно, так что они с вероятностью пойдут навстречу и отгрузят, сколько надо. Вместо запретительных экспортных пошлин власти в случае чего скорее выделят дополнительные субсидии регионам на закупки, пусть даже по высоким ценам.


Пока сложно сказать, когда россияне смогут отказаться от угля и перейти на другие источники обогрева, но если кое-где это и случится зимой 2021–2022 года, то отнюдь не по соображениям пользы для экологии.

Пока проблему нехватки топлива удаётся сдерживать, но вечно жить за счёт субсидий и копить долги не получится. И, если ситуация обострится, властям всё-таки придётся предпринять какие-то меры, чтобы соблюсти баланс между экспортной конъюнктурой и потребностями внутреннего рынка. В противном случае придется усмирять не цены, а уже протесты замерзших россиян.

Коллаж: «Секрет фирмы», depositphotos.com

Новости партнеров