«Выживали как могли». Как разные страны переносили бешеную инфляцию и огромные ставки

США: как Пол Волкер одолел инфляцию раз и навсегда

В 70-х в США произошло невиданное с Великой депрессии и Второй мировой войны: инфляция перевалила за 10%. К началу 80-х она достигла уже 14%. Для Штатов это много: обычно цены там растут не быстрее 3–5% в год.

Причин тому несколько.

1. Напряжение на Ближнем Востоке спровоцировало нефтяной кризис, цены на топливо резко выросли.
2. Расходы на войну во Вьетнаме и социальные программы не были подкреплены реальным ростом экономики.
3. Отмена привязки доллара к золоту в 1971 году привела к ослаблению американской валюты.

Разгон инфляции ударил по бизнесу: многие предприятия были вынуждены сокращать производство и увольнять сотрудников. Реальные доходы населения падали, зарплаты не успевали за ростом цен.

Сбережения обесценивались. Многие вынуждены были сокращать расходы и отказываться от крупных покупок.

Переломным моментом стало назначение Пола Волкера главой Федеральной резервной системы — проще говоря, американского центробанка — в 1979 году.

Он резко поднял процентные ставки до немыслимых тогда 20%. Кредиты для американцев стали такими же дорогими, как сейчас в России.

Это привело к рецессии. Безработица взлетела вдвое, превысив 10%.

Недовольству граждан не было предела.

Когда в стране встали стройки, рабочие в знак протеста посылали Волкеру обломки досок. Автодилеры, у которых перестали покупать авто, отправляли ему ключи от машин, пылящихся в салонах. Недовольные фермеры ездили на тракторах кругами возле здания Федерального резерва.

В итоге благодаря его решимости США удалось обуздать инфляционного монстра. К моменту ухода Волкера с поста главы ФРС в августе 1987 года она составляла всего 4%. За это СМИ прозвали его «убийцей инфляции».

А в стране начался экономический бум, который продолжался четверть века.

Турция: особый путь Эрдогана разогнал инфляцию

В конце 2021 года цены в стране начали стремительно расти.

Но повышать ключевую ставку по методу Волкера президент Реджеп Эрдоган не хотел. Под давлением президента регулятор начал, напротив, снижать ставку — с 19% за два года её уронили до 8,5%.

Оказалось, ничего хорошего: инфляция продолжала разгоняться ещё сильнее, пока не вышла из-под контроля. Турецкие власти признали, что «эрдоганомика» была ошибкой — и с середины 2023 года стали повышать ключевую ставку.

В итоге к концу 2024 года турки подошли с инфляцией и ключевой ставкой в районе 50%.

Высокие ставки бьют по турецким предприятиям, особенно текстильной отрасли. А темпы роста цен удручают граждан.

К 2025 году экономика Турции замедлилась сильнее, чем ожидали аналитики, и почти перестала расти.

Аргентина: странный президент с бензопилой

В мае 2024 года проезд в метро Буэнос-Айреса подорожал сразу в четыре с половиной раза. Это яркая иллюстрация чудовищной инфляции, которая поразила Аргентину в прошлом году.

Общий рост цен приблизился к 300%, что стало худшим результатом более чем за 30 лет.

Экономисты объясняют, что такой взлёт цен на всё произошёл из-за того, что ради покрытия дефицита бюджета власти попросту печатали деньги. В итоге население вообще перестало доверять местной валюте, песо, предпочитая твёрдый доллар.

Впрочем, проблемы Аргентины более сложные и давние.

Чтобы обуздать рост цен, аргентинский центробанк менее чем за два года задрал ставку с 32 до 126%.

На этом фоне население настолько обнищало, что даже новые джинсы для многих аргентинцев стали непозволительной роскошью: в стране бум секонд-хендов.

Экономический кризис в Аргентине привёл к тому, что жители страны окончательно разочаровались в элитах. В конце 2023 года на выборах президента граждане выбрали эксцентричного Хавьера Милея.

Во время предвыборной кампании Милей часто размахивал бензопилой. Её он использовал как символ жёстких сокращений, которые помогут стабилизировать экономику и уничтожить инфляцию.

Получив власть, Милей в самом деле стал беспощадно резать бюджетные расходы. В итоге за первый год его президентства инфляция в Аргентине снизилась почти в 10 раз. Однако уровень обнищания достиг исторического максимума — 53% населения живут за чертой бедности, а 18% не могут позволить себе базовую корзину продуктов.

Впрочем, Милей предупреждал: сначала все испытают шок, но затем всё наладится.

А пока эксперты не исключают, что в Аргентине может сложиться ситуация, похожая на 90-е годы в России.

Россия: как мы пережили 90-е

После развала СССР во время шоковой терапии цены росли даже не трёхзначными темпами: в конце 1992 года инфляция составила 2330%.

Траектория ставки рефинансирования (до введения ключевой ставки в 2013 году это был главный инструмент регулятора, разница между этими понятиями незначительная) тоже была крутая.

Анатолий Вожов начал работать в российской банковской системе в 1994 году. Сейчас он зампред правления питерского Росдорбанка. Он вспоминает, что тогда ставка рефинансирования не играла значения в борьбе с инфляцией и не определяла уровень ставок в экономике, потому что самой системы рефинансирования коммерческих банков не было.

По его воспоминаниям, финансовый рынок наводнили всякого рода денежные суррогаты: бизнес решал проблемы при помощи векселей, а государство — казначейских облигаций. Банкиры «склеивали» цепочки неплатежей, замыкая их на редких обладателей денег на счетах. Организаторы таких схем считались белой костью среди банкиров.

Полезен ли чужой опыт современному ЦБ РФ

В России высокая ключевая ставка держится полтора года, с середины 2023 года. Но пока инфляция растёт.

Россия находится на третьем месте после Турции и Аргентины по размеру ключевой ставки. Поэтому сравнения с этими странами напрашиваются. Впрочем, эксперты не спешат проводить прямые параллели.

При этом история показывает, что путь до стабилизации инфляции через повышение процентных ставок может быть долгим, болезненным и «создающим сложные и неуправляемые риски скатывания экономики страны в рецессию», — констатирует профессор ГУУ Евгений Смирнов.

Он отмечает, что даже рецессия в Аргентине и замедление экономического роста в Турции не позволили пока значительно замедлить инфляцию. Эксперт объясняет это тем, что в этих странах национальные валюты зависимы от международных рынков капитала.

Россия сегодня в меньшей степени зависит от доллара и заимствований, номинированных в долларах. Поэтому для нашей страны политика повышения процентных ставок может быть более оправданной, чем в случае Аргентины и Турции, заключает он.

Это значит, что гражданам будет выгодно копить деньги с помощью депозитов, а вот бизнес лишается возможности привлекать инвестиционный капитал в масштабирование бизнеса, сказала Наталья Удальцова.

«Это влечёт замедление темпов роста экономики и снижение предпринимательской активности», — отметила она.

Возвращение к «нормальной жизни» потребует времени, и за это придётся заплатить в качестве цены банкротством отдельных компаний, предупреждает Михаил Гордиенко из РЭУ, — что и демонстрируют примеры других стран.