21 февраля, 04:00
4 мин.

О справедливых ценах и кусающихся комиссиях. 4 вопроса эксперту «Сбера» про биржевые фонды

Многие российские частные инвесторы покупают акции и облигации не напрямую, а через биржевые фонды (ETF и БПИФы). Это проще и позволяет даже с небольшим капиталом обеспечить широкую диверсификацию. Как показывают события начала 2022 года на рынках, это весьма важно. Но прежде чем пользоваться каким-либо инструментом, стоит изучить нюансы. О некоторых из них мы расспросили старшего аналитика компании «Сбер управление активами» Александра Додика.

О справедливых ценах и кусающихся комиссиях. 4 вопроса эксперту «Сбера» про биржевые фонды
О чём речь

Биржевые фонды — это набор ценных бумаг, собранных по определённому принципу. Инвестор может купить через брокера на бирже пай фонда — и стать владельцем части этого набора. То есть за небольшую сумму (часто пай стоит от 1000 рублей, а иногда и вовсе от 10) можно приобрести готовый портфель из десятков и даже сотен акций, облигаций или других активов.


Например, за 1800 рублей можно купить пай фонда, в который входят акции американских компаний из индекса S&P500. Чтобы купить такой набор из полусотни акций, нужны десятки тысяч долларов (одна только акция Tesla стоит около $850).


Таким образом, даже с небольшим бюджетом при помощи фондов можно сформировать диверсифицированный портфель для пассивного долгосрочного инвестирования. И при этом не анализировать отдельные компании, а вкладываться сразу в страну, отрасль или индекс.

1. Как фонды выходят на рынок? У них же нет процедуры, аналогичной IPO. Получается, управляющая компания (УК) сначала сама покупает на свои деньги все бумаги в портфель, а потом постепенно продаёт их на рынке? Как тогда обеспечивается справедливая цена, ведь монопольный продавец может влиять на стоимость актива?

— При формировании фонда используется капитал уполномоченного лица (компании, которая по договору имеет право получать или гасить паи у УК). Как правило, эта компания — маркетмейкер фонда, то есть лицо, которое выставляет котировки на продажу и покупку на бирже (чтобы обеспечить ликвидность. — Прим. «Секрета»).

Выпущенные паи получает уполномоченное лицо / маркетмейкер, и уже он продаёт их на рынке. Согласно регуляции, котировки маркетмейкера (те цены, по которым инвестор может купить и продать БПИФ) не могут отличаться на установленную договором величину от справедливой стоимости пая, которую рассчитывает Мосбиржа. В противном случае последуют жёсткие санкции со стороны регулятора, который ежедневно это мониторит.

Обычно отклонение составляет не более 1%. На практике маркетмейкер ставит котировки значительно ближе к справедливой стоимости, например, отклонение котировок маркетмейкера фонда SBMX (состоит из российских акций индекса Мосбиржи. — Прим. «Секрета») — около 0,1%.

2. Фонд может расти только за счёт увеличения стоимости активов и дивидендов/купонов? Или УК может увеличить его капитал, проведя что-то типа SPO (вторичного размещения акций)? Если да, то не обесценивает ли это каждый отдельный пай?

— Помимо роста стоимости активов, фонд растет за счёт притоков с вторичного рынка. Их обеспечивает маркетмейкер. Когда у него заканчиваются паи на балансе (инвесторы раскупили их у него на бирже), уполномоченное лицо подаёт заявку УК на создание пая и передаёт в качестве оплаты деньги, которые он получил на бирже от продажи пая инвестору.

УК получает эти деньги, покупает активы в фонд и передаёт новый пай уполномоченному лицу.

О справедливых ценах и кусающихся комиссиях. 4 вопроса эксперту «Сбера» про биржевые фонды

Таким образом, увеличилось и число паёв в обращении, и капитализация (стоимость чистых активов — СЧА) фонда — т. е. фактически происходит SPO, только без влияния на цену пая на бирже.

3. Цена пая определяется на торгах. Но как понять, насколько она справедлива? Ведь бывает так, что какой-то фонд теряет, скажем, 1,5%, в то время как индекс, который он отслеживает, растёт на 2%. И наоборот. Как понять, что текущая цена адекватно отражает стоимость чистых активов фонда?

— Безусловно, цена пая на торгах может незначительно отличаться от справедливой стоимости, которую считает биржа. Как она это делает? УК передаёт сведения о составе портфеля фонда каждый день и в течение дня (при изменении в составе фонда).

Биржа изучает состав фонда и рассчитывает справедливую стоимость пая с учётом текущих рыночных цен на активы (это публичная информация, и актуальная справедливая стоимость рассчитывается каждые 15 секунд).

Маркетмейкер выставляет свои котировки, опираясь на справедливую стоимость пая, рассчитанную биржей. Его котировки могут отличаться от справедливой стоимости пая (но в рамках определённого договором диапазона), за счёт этого и происходит отклонение цены пая на бирже от его справедливой стоимости.

Отклонение справедливой цены пая от индекса в основном возникает по естественным причинам: за счёт комиссии за управление и за счёт задержки с фактической выплатой дивидендов/купонов компаниями. К примеру, в индекс дивиденды попадают сразу после отсечки (последнего продажи акций с дивидендами. — Прим. «Секрета») и реинвестируются, а в фонд приходят спустя 14 дней (после того как эмитент выплатит и передаст дивиденд в депозитарий и далее брокеру).

О справедливых ценах и кусающихся комиссиях. 4 вопроса эксперту «Сбера» про биржевые фонды

Кроме того, активы некоторых фондов выражены в валюте, а инвестор покупает пай за рубли. В таком случае динамика рублёвых цен будет зависеть от курсов валют. Например, если S&P500 падает, скажем на 0,3%, а доллар растёт 0,8%, логично, что, например, рублёвый фонд SBSP должен в этот момент показывать рост около 0,5%, хотя его целевой индекс в минусе.

Для оценки качества управления УК раскрывают информацию об отклонении справедливой цены пая от индекса, которому фонд следует. Это регуляторное требование, так что раскрываемые цифры достоверны.

4. Почему у российских БПИФ и ETF средняя величина комиссий в разы больше, чем у западных фондов?

— На самом деле средняя комиссия за управление представленных на Мосбирже фондов уже приближается к западным: 0,75–0,8% в год против 0,4% у иностранных. Во многом высокая комиссия связана не с жадностью УК, а с сравнительно высокими инфраструктурными затратами УК на покупку активов (в т. ч. доступ к иностранным активам) и затратами, связанными с требованиями регулятора.

К тому же западные УК имеют право давать в долг бумаги из фонда за плату, что позволяет им снизить общую комиссию для клиентов, — подобная практика в России невозможна из-за регуляторных ограничений.

Тем не менее комиссии УК снижаются и будут продолжать снижаться, что будет делать БПИФы ещё более привлекательными для инвесторов.

Дополнение «Секрета»: фонды российских УК не платят налоги с дивидендов и купонов. Это, по сути, компенсирует инвесторам комиссии, которые взимают эти фонды. Подробнее про нюансы налогообложения частных инвестиций читайте в этом материале.

Коллаж: «Секрет фирмы», depositphotos.com, Unsplash, [Unsplash License] (https://unsplash.com/license)

Новости партнеров