22 июня, 21:30
3 мин.

Подставной кредитор. Сможет ли россиянка отсудить деньги за кредит, который она взяла вместо подруги

Поучительный кейс

Жили в Санкт-Петербурге две подруги Елена и Ольга. Первая по просьбе второй взяла кредит на сотни тысяч рублей. Ольга забрала деньги и обещала платить по долгам, но вскоре забыла о своих обязательствах. В итоге Елене пришлось самой выпутываться из этой ситуации. Чтобы возместить траты, она подала в суд, но три инстанции встали не на сторону Ольги. Как дело рассудил ВС?

Подставной кредитор. Сможет ли россиянка отсудить деньги за кредит, который она взяла вместо подруги

Летом 2018 года Елена Сапожок (имена всех героев изменены) взяла кредит в петербургском банке. Сумма была немалой — 670 000 рублей, процентная ставка — 13,2 годовых. Женщина сняла наличку, но тратить деньги на себя не стала. Она отдала всю сумму подруге Ольге Лукиной. Больше Елена не видела этих денег.

Спустя год финансовые отношения между подругами стали предметом разбирательства петербургского суда. Елена подала иск, чтобы взыскать с Ольги 566 000 — за вычетом тех, которые подруга отдала. Женщина утверждала, что взяла деньги в банке и передала их подруге, так как они договорились, что платить будет Ольга (и покроет долг к январю 2019 года).

Но Ольга, по словам истицы, слово не сдержала. Она перечисляла кредитные платежи с опозданием и не в полном объёме, а потом и вовсе оставила подругу наедине с банковскими трудностями. В итоге Елене пришлось покрыть долг из собственных сбережений.

Ольга, напротив, утверждала, что подруга лжёт. Якобы Елена дала ей 200 000 в долг, а взамен Ольга обещала 15 месяцев перечислять ей суммы, эквивалентные платежам по кредиту (порядка 15 500 рублей). И в итоге осталась должна всего 30 000 рублей. Доказательством по делу выступала онлайн-переписка женщин. Но там, как назло, не фигурировали конкретные цифры, а лишь обозначался сам факт долговых отношений (по крайней мере, так решила первая инстанция).

Почему суды не пришли к единому решению по этому делу

Суд первой инстанции прислушался к доводам Ольги — и отсудил в пользу Елены 30 000 рублей. Судья исходил из того, что без расписки нельзя достоверно установить размер займа и взыскать можно только то, что признала сама ответчица. Вторая инстанция, напротив, встала на сторону истицы — и обязала Елену вернуть ей почти 600 000 рублей. Кассация отменила это решение и согласилась с выводами первой инстанции. Но Елена с таким решением была не согласна. Чтобы вернуть потраченные на чужие долги деньги, она обратилась в Верховный суд.

Верховный суд нашёл существенные нарушения в решении кассационной инстанции. Так, она самовольно решила дать новую оценку доказательству — переписке женщин в Сети, — хотя в кассационной жалобе никто не просил этого делать.

«Не согласившись с выводами суда апелляционной инстанции, кассация дала иную оценку переписке между сторонами, что противоречит нормам процессуального права», — резюмировал ВС и отправил дело на новое рассмотрение.

Чем дело примечательно для россиян

Определение ВС не выбивается из судебной практики, связанной с погашением кредитных средств, сходятся во мнении опрошенные «Секретом» эксперты. Единственный нюанс — в том, что кассационный суд вышел за пределы своих полномочий, переоценив доказательства, указал Владимир Шалаев, адвокат, партнёр юридической компании «Правовая группа».

«Оценка доказательств не относится к компетенции суда кассационной инстанции, а несогласие с выводами нижестоящих судов не является основанием для кассационного пересмотра судебных постановлений», — добавил Василий Сосновский, партнёр юридической компании «Генезис».

Елена Сапожок, принимая на себя обязательства по фактически чужому кредиту, допустила существенную оплошность, указал заместитель председателя МКА «Клишин и партнеры» Андрей Шугаев.

«Все денежные отношения между женщинами строились на основе взаимного доверия, что вряд ли можно признать правильным. Перед тем как принимать на себя обязательства, Сапожок следовало правильно оформить всё на бумаге — заключить договор или расписку», — сказал Шугаев.

Суды всё чаще принимают переписку в тех же мессенджерах и электронной почты в качестве доказательств, рассматривая онлайн-диалог участников спора в совокупности с другими доказательствами, добавил Сосновский. Но именно то, что договор был устным, привело к таким плачевным результатам.

«Не факт, что при новом рассмотрении данного дела суд кассационной инстанции займёт сторону истицы, поскольку прямых доказательств того, что у Лукиной были прямые обязательства по погашению кредита в пользу Сапожок, в деле не имеется», — резюмировал Шугаев.

Коллаж: «Секрет фирмы», freepik.com, Unsplash, Unsplash License

Новости партнеров