«Путин легализовал барщину и рабский труд». Зачем будут открывать филиалы колоний на российских предприятиях

Требуй больше — плати меньше
25 июля в 16:25

Владимир Путин подписал проект поправок в Уголовно-исполнительный кодекс, согласно которому с 1 января 2020 года в России начнут создавать филиалы исправительных учреждений при крупных предприятиях или государственных стройках. Редакция «Секрета фирмы» разобралась, чем может обернуться эта инициатива и в каких условиях в настоящее время трудятся заключённые.


Согласно принятому документу, крупные предприятия смогут использовать труд заключённых колоний-поселений и исправительных центров. Для этого им будет необходимо заключить договор с исправительным учреждением и обеспечить осуждённым материально-бытовые и медико-санитарные условия, такие как:

Ответственный секретарь столичной Общественной наблюдательной комиссии Иван Мельников в открытом письме директору ФСИН Геннадию Корниенко отметил, что для реализации этой инициативы нужно запустить пилотный проект без нарушений. «Если в правоприменительной практике мы в один прекрасный день получим в одном из таких учреждений какие-либо нарушения, например что заработная плата у них как была, так и осталась, что живут они в холодных бараках, не предоставляют необходимого медобеспечения, то вся инициатива будет дискредитирована», — написал он.

Фото: 45.fsin.su

Условия труда заключённых сейчас

Работают заключённые в промышленных зонах при колониях — промках, где расположены производственные объекты. При этом, по словам главы юридического департамента фонда «Русь сидящая» Алексея Федярова, объём и условия труда в колониях строгого и общего режима практически не отличаются от колоний-поселений. Единственное, что в последних немного мягче порядки и заключённые могут ходить в обычной одежде.

Алексей Федяров
Глава юридического департамента проекта «Русь сидящая»
В собственности промки находятся земельные участки с цехами, станками, и на этих площадях организовывается производство. Фсиновцы не могут, конечно, его организовать, поэтому появляются коммерсанты, которые делают заказы на осуществление каких-то примитивных и грязных работ: переработку шин, производство пенополистирола, бетонных блоков. Также активно работают пилорамы и швейные цеха.

Бывший заключённый ИК-1 по Ярославской области Руслан Вахапов рассказал «Секрету», что есть колонии, где заключённых заставляют писать заявления на сверхурочную работу. Это происходит под угрозой штрафного изолятора и избиений. Он привёл в пример женские колонии в Мордовии. В одной из них, ИК-14 в посёлке Парца, отбывала срок участница Pussy Riot Надежда Толоконникова после акции в Храме Христа Спасителя. 26 июля 2013 года она написала открытое письмо о том, что начинает голодовку и отказывается от работы в швейном цехе колонии из-за массовых нарушений прав осуждённых женщин на производстве.

Бывшая заключённая женской колонии ИК-6 в Алтайском крае рассказала Секрету, что были случаи, когда работниц не выпускали из швейных цехов по двое суток и производство шло даже по ночам. Отказ от работы наказывался отправлением в ШИЗО (штрафной изолятор). При получении травмы на производстве пользоваться аптечкой было нельзя — она на тот случай, если приедет комиссия. Женщина общалась с представителем УФСИН по Алтайскому краю, который рассказал ей, что во время проверок сотрудники колонии специально тянут время, чтобы привести рабочие места в порядок и скрыть нарушения. Таким образом зимой осуждённых заставляли закидывать снегом гору мусора, которая образовалась в колонии из-за того, что деньги, выделенные на его вывоз, тратились не по назначению, рассказала она. Когда приехали сотрудники УФСИН, то вместо мусорной горы увидели снежную.

Зарплаты

Как утверждает врио начальника управления организации производственной деятельности и трудовой адаптации осуждённых тюремного ведомства Валерия Пантелеева, средняя зарплата заключённого в 2018 году составила от 4800 до 5000 рублей, а некоторые из отбывающих наказание зарабатывают до 50 000 рублей. При этом среднемесячная зарплата заключённых не опускается ниже МРОТ более 11 000 рублей. Всё дело в том, что сидельцы колоний получают не всю сумму. Со счетов заключённых отчисляются средства по искам потерпевших, алименты, средства за содержание и другие выплаты. Таким образом, у осуждённого могут удержать до 70% зарплаты. В итоге на их лицевые счета поступает около 5000 рублей в месяц, по словам сотрудников ФСИН. Толоконникова писала, что её фактическая зарплата составляет 29 рублей в месяц.

Алексей Федяров
Глава юридического департамента проекта «Русь сидящая»
Данные ФСИН об уровне зарплаты — это откровенная ложь. Есть масса уловок, чтобы платить меньше. Например, заключённые работают за одну десятую ставки. И, по идее, они должны прийти и проработать за такие деньги час, но по факту работают по 12–14 часов. При этом заключённые сами платят за свет, воду, одежду и еду. Глубочайшее заблуждение, что государство содержит зэков. Оно содержит саму систему — ФСИН, а на заключённых выделяются какие-то копейки, которые с них потом и взыскиваются. Почему зэков выгодно трудоустраивать? Потому что с них можно потом всё взыскивать. Это абсолютно рабский труд. И это мы ещё берём светлую сторону — тех, кто действительно оформлен. По факту примерно каждый пятый заключённый оформлен официально, а остальные вчёрную. Они работают на коммерсантов, которые совершают заказы, они работают на промках, но только не всветлую, не официально. Если взять колонию в 2000 человек, то на бумаге в ней будет трудоустроено 200–300, а работать будет 1000 — 1500. Эти цифры больше приближены к жизни.

Фото: 76.fsin.su

По словам главы Института проблем современного общества Ольги Киюциной, заработные платы осуждённых остаются очень низкими — на уровне около 3000 рублей в месяц, в десять раз меньше, чем в среднем по экономике. Фактически доходы работающего осуждённого составляют менее 1000 рублей в месяц. Этих денег не хватит даже на сигареты. Не говоря о том, чтобы что-то скопить себе на освобождение, отметила она.

Фото: 64.fsin.su

При этом, как утверждал экс-замглавы ФСИН Олег Коршунов, в Торговом доме ведомства стоимость товаров, производимых заключёнными, рассчитывается в том числе исходя из их заработной платы — «не менее 10 000 рублей». В данный момент Коршунова обвиняют в мошенничестве на 263 млн рублей, ему грозит девять лет колонии.

Руслан Вахапов
Бывший заключенный ИК-1 Ярославской области и глава ярославского филиала проекта «Русь сидящая»
Я работал на оборонном предприятии, мы производили камуфляжную сетку для ракет и т. д. За один комплект такой сетки колония получала около 1,5 млн рублей. Мы зарабатывали по 30 000 — 35 000 рублей, больше, чем рядовые сотрудники колоний. Но мы работали со стекловолокном, ацетоном, клеем и краской. Естественно, нарушалась техника безопасности и все допустимые нормы. Никто это не контролировал, потому что к зэку относятся как к скотине, которая будет работать, даже если скажут урановую руду руками загребать. Я знаю человека, который освободился с суммой 120 000 — 130 000 рублей. Но за шесть лет работы на этом предприятии он угробил своё здоровье.

Если за день заключённый не выполнил норму, то его отправляли в штрафной изолятор, но ненадолго — на три-пять дней. Потому что работодатель не заинтересован в том, чтобы человек длительное время отсутствовал на производстве. «В качестве работодателя выступает предприниматель, как правило близкий родственник высокопоставленного сотрудника. В нашем случае Министерство обороны договаривалось с определённой компанией на поставку камуфляжной сетки, а компания уже заключила договор с колонией», — поделился Вахапов.

Он также рассказал, что в ИК-1 могли вовсе и не платить денег. Например, на швейном производстве заключённые работали, чтобы постирать вещи, помыться, а не за зарплату. Эта колония прославилась особо жестоким отношением к заключённым благодаря попавшим в Сеть видеозаписям пыток. Последняя из них была опубликована 17 июля 2019 года, в связи с которой в колонии в настоящее время проводится проверка.

Возможно, по этой причине сейчас условия труда заключённых ярославской ИК-1 стали немного мягче. Редакции «Секрета» удалось связаться с заключённым, который сейчас отбывает наказание в этой колонии и работает на швейном производстве. Он пожелал остаться анонимным.

Александр Иванов (имя изменено)
Заключенный ярославской ИК-1
Сейчас работаю пять дней в неделю и получаю 47 рублей за один комплект одежды из куртки и штанов. Норма выработки в месяц — 200 комплектов. По идее, мы должны получать зарплату 9400 рублей, но из неё вычитают 70%. В итоге я получаю около 3000 рублей, но есть много ребят, которые получают по 200–300 рублей в месяц. Это происходит потому, что у нас всё очень завуалированно и можно проводить двойные списания. Схема такая: заказчик — Ярославская швейная фабрика (посредник) — колония. За тот же костюм колония получает 167 рублей от швейной фабрики, из этой суммы удерживается 120 рублей, в итоге нам перечисляют 47 рублей, из которых также удерживается 70%. То есть это двойные-тройные удержания, и фактически человек, который работает, получает гроши. Но о каких удержаниях за коммунальные услуги идёт речь, если в отряде нет отопления и горячей воды, а ремонт мы делаем за свой счёт.

При этом в розницу колония продаёт одежду совсем по другим ценам. Например, летний костюм «Премьер» стоит 1900 рублей, а зимняя куртка «Север» — 2124 рублей.

По данным УФСИН по Ярославской области, объём оказания услуг по пошиву швейной продукции составляет более 300 000 рублей в месяц. В ИК-1 функционируют четыре участка швейного производства, на которых трудоустроены более 150 осуждённых. По итогам 2017 года осуждёнными ярославской колонии было выпущено швейной продукции на сумму около 6 млн рублей.

Среди контрагентов фигурировали АО «Центральное конструкторское бюро специальных радиоматериалов», являющееся дочкой «Ростеха», а также СИЗО и ИК Ярославской области.

По словам руководителя проекта «Русь сидящая» Ольги Романовой, для проникновения бизнеса в колонию нужны особые отношения с руководством колонии и с руководством региональных УФСИНов, а также какая-то заинтересованность.

Фото: 64.fsin.su

Что показывает практика

С июня 2013 года в Республике Коми проводится эксперимент по привлечению осуждённых, проживающих в колонии-поселении, к труду в другой местности. Администрация колонии заключила договор об использовании труда 300 заключённых с ООО «Жешартский фанерный комбинат», расположенным на расстоянии 50 км от колонии. Средняя официальная зарплата осуждённого на предприятии — 16 000 рублей.

«Действительно, те меры, которые нам совместно с УФСИН удалось осуществить, привели к тому, что предприятие, испытывающее серьёзный кадровый голод, вышло на стабильную производственную деятельность», — прокомментировал нововведение глава Республики Коми Вячеслав Гайзер.

По его словам, зарплата заключённых на производстве составляет до 32 000 рублей, а за первые полтора года сотрудничества произошло увеличение налоговых отчислений в республиканский и местный бюджеты (1,2 млн рублей), а также удалось сэкономить средства федерального бюджета на содержание осуждённых на 1,4 млн рублей.

Мнения

Алексей Федяров
Глава юридического департамента проекта «Русь сидящая»
За каждой инициативой ФСИН стоят бюджетные средства. Им нужно выбивать бюджет. Поставьте себя на место директора этого крупного предприятия. Куда ему устраивать заключённых? Там наверняка и так выстраивается очередь из людей, которые готовы делать всё что угодно за 15 000 рублей.

Действительно, предположение, что на комбинаты будут брать заключённых при текущем уровне безработицы, выглядит наивным. Так, в Красноярском крае сосредоточено самое большое количество мест лишения свободы — 42, в которых содержится до 28 016 человек. При этом в том же регионе более 74 000 безработных из числа трудоспособного населения.

Ольга Романова
Руководитель проекта «Русь сидящая»
Я бы, простите, позвонила бы начальнику местной полиции, понятно же, что в небольшом городе мы все общаемся, и сказала: «Знаешь, а хорошо бы мне в колонию-поселение добавить 10–20 здоровых крепких молодых ребят». — «Нет проблем, дорогой». И у вас в кармане оказываются наркотики, в небольшом размере, достаточном для того, чтобы года два просидеть в колонии-поселении. <...> Я бы так вот набирала рабочую силу в нынешних реалиях. Так и будут набирать.
Владимир Груздев
Председатель правления Ассоциации юристов России
Закон позволит решать и социальные, и экономические задачи. Нередко предприятия в малонаселённых районах испытывают нехватку рабочих рук. С другой стороны, есть очевидные проблемы с трудоустройством осуждённых. Теперь появится возможность открывать филиалы колоний-поселений и исправительных центров при предприятиях и крупных стройках. <...> Осуждённые получат возможность трудиться и зарабатывать, в том числе для того, чтобы погашать свои долги по искам о возмещении ущерба. Есть надежда, что некоторые осуждённые будут оставаться на предприятиях и после освобождения, то есть закон позволит решать задачи ресоциализации бывших заключённых.
Руслан Вахапов
Бывший заключенный ИК-1 по Ярославской области и глава ярославского филиала проекта «Русь сидящая»
Осуждённых не берут на работу, они никому не нужны. Многие работодатели просто ссылаются на службу безопасности, которая не пропускает бывших заключённых. Я знаю человека, который в прошлом руководил одним из СМУ Ярославской области, а затем отсидел по 159-й статье («Мошенничество». — прим. «Секрета»). После того, как спустя два года он вышел на свободу, его друзья от него отвернулись, потому что взять его на работу — значит привлечь внимание органов, которые его и посадили. Путин легализовал барщину и рабский труд, подписав этот закон. Сейчас будут массово ловить выходцев из Средней Азии с виртуальными наркотиками в кармане, чтобы они работали за 5000 рублей на пользу каких-то предпринимателей. Сроки будут давать по восемь-десять лет, но при этом они будут работать в колониях-поселениях.

Фото: pixabay.com, fototruck.ru