Зачем страховать топ-менеджмент от ошибок? Хотя бы ради спокойствия других топ-менеджеров

Чего не учёл Baring Vostok
19 апреля в 16:43

Внимание контролирующих органов к компаниям из самых различных отраслей в последние годы неизменно растёт. В конце 2018 года размер ответственности для топ-менеджеров в России вырос в 3,8 раза, до 84,5 млрд рублей. Это исторический максимум.

Претензии к топ-менеджерам и директорам в суде могут предъявить за плохой контроль деятельности компании, низкое качество решений, неполное раскрытие информации, а также за сомнительные инвестиции. Топ-менеджеру могут поставить в вину необоснованное использование средств и даже неудачный выбор партнёров компании. В любом из перечисленных случаев риски можно минимизировать полисом D&O.

Майкл Калви

Фото: Maxim Shemetov / EPA

На Западе компании давно страхуют себя полисом D&O — он покрывает убытки, которые третьи лица (компания, вкладчик, государство) понесли из-за ошибок наёмного директора. В России же страховкой D&O пока защищено лишь около 1% топ-менеджеров. Чаще всего полис приобретают управленцы публичных компаний, компании с госучастием, а также крупные банки. Но если раньше с помощью страховок российские компании, как правило, демонстрировали свою прозрачность и соответствие международным требованиям, то теперь к ним обращаются как к едва ли не единственному инструменту защиты.

Лимиты страхования D&O в России колеблются от $1 млн до $250 млн — в зависимости от размера компании. Это меньше, чем в других странах (Великобритании, Франции, Голландии, США), но выгоднее, чем многолетнее выяснение отношений в судах.

В 2018 году российские суды удовлетворили претензии к топ-менеджерам разных компаний на $4,5 млн. Но многие судебные процессы до сих пор находятся на стадии урегулирования (в среднем разбирательства длятся по три-четыре года). По данным ЦБ, в прошлом году сборы по полисам D&O и страховок по кредитным задолженностям составили 33,1 млрд рублей, а выплаты — 2,5 млрд рублей. Но в 2019 году выплаты точно будут расти. Почему? Всё дело в субсидиарной ответственности.

В России директора могут привлечь к ответственности по вопросу банкротства уже просто потому, что он директор: было ли банкротство следствием его ошибки или нет — значения не имеет

Самым громким делом последнего времени стал кейс Baring Vostok. Корпоративный спор в рамках одной инвестиции осложнился тем, что под арестом оказался сам основатель компании Майкл Калви и другие директоры. Хотя их вина пока не доказана, управленцев сразу отправили в СИЗО, не дав возможности спокойно выбрать адвокатов. У фигурантов дела ограничено количество звонков и нет возможности согласованно выстроить линию защиты. По сути, компания оказалась обезглавленной, да ещё и без финансовой защиты.

Фото: Антон Белицкий / ТАСС

При негативном сценарии судебная эпопея может затянуться на несколько лет, продолжиться в зарубежных судах и обанкротить Baring Vostok. При благополучном — фатальных последствий не будет, но каким образом всё это время будут оплачиваться услуги юристов ($300–400 в час) — не ясно. Убытки компании могут составить несколько миллионов долларов.

Не стоит думать, что сами топ-менеджеры при этом защищены. Подобные разбирательства грозят им попаданием в «чёрный список директоров» и арестом личных активов.

В 2015 году суд арестовал имущество руководителей Мособлбанка, которых обвинили в хищении 68 млрд рублей. Двое фигурантов: основатель банка Анджей Мальчевский и зампред правления Юлия Зедина — были арестованы. Мальчевский, приговорённый судом к четырём годам колонии, в прошлом году скончался. Его сын Александр Мальчевский и второй зампред правления банка Дмитрий Васильев до сих пор находятся в федеральном розыске.

По нашим данным, количество новых запросов на страхование растёт на 25–30% в год. Наши конкуренты из российских страховых компаний это подтверждают: новости об арестах управленцев в России действительно тревожат предпринимателей. А после новостей о намерениях Минэкономразвития расширить страховую защиту на недобросовестные действия управленцев на рынке D&O вообще случился кратковременный бум.

Самый большой интерес — к лимитам в $10–15 млн: в России по соотношению цены страхования и возможных рисков он действительно оптимален. Причём если за 2018 год подавляющая часть запросов по страхованию D&O приходилась на крупные компании (выплаты компании по D&O за прошедший год составили $3 млн, что на 500% выше показателей 2017 года), то сейчас мы видим больший интерес от среднего бизнеса и региональных игроков.

Фотография на обложке: DeAgostini / Getty Images

Подписывайтесь на «Секрет фирмы» в «Яндекс.Дзене» и Google News.

Загрузка...