28 августа 2017 года в 08:19

Куда пропали стартапы, которые занимались 3D-печатью

— разыскивает Роман Архангельский

Куда пропали стартапы, которые занимались 3D-печатью

Помните, ещё пару лет назад медиа каждый день писали о 3D-печати? «Мы впервые напечатали плавки!» «А мы — камень для кёрлинга!» «А мы вообще человека!» Эксперты прочили светлое будущее с 3D-принтером в каждом доме. Нажмёшь кнопку — получишь любой результат. Стартапы тогда появлялись каждый день, но потом вдруг новости прекратились. Что случилось?

Непонимание

Первый 3D-принтер изобрели ещё в 1984 году в США, но широкое распространение 3D-печать получила только в 2010-е, после истечения срока патента на популярную технологию FDM. Тогда появилось много бюджетных FDM-принтеров и снизились цены на соответствующие материалы. Громкие новости о достижениях 3D-индустрии в мире начали появляться в 2010 году, а в России — в 2013–2014 годы.

Тогда появились мы, CubicPrints, и ещё три отечественных стартапа с похожей бизнес-моделью. Все мы ориентировались на западные аналоги, в частности на один из крупнейших зарубежных сервисов Shapeways. Идея заключалась в следующем: создать удобную платформу для 3D-дизайнеров, где они смогут открыть свой магазин с 3D-моделями, и покупателей, заказывающих 3D-печать по представленным моделям.

Через год и мы, и наши конкуренты были очень далеки от прибыли. Оказалось, в России модель «дизайнерского магазина» не работает. Пользователи, начитавшись новостей, думали, что 3D-печать — это очень просто. Они звонили и говорили: деталь сломалась, надо срочно новую вставить, я через час приеду заберу. Один человек долго ругался по телефону, что мы не можем срочно напечатать из стали пистолет ТТ по чертежам из интернета. Просили двухметровые памятники из металла, кузов машины из пластика, свадебные торты, чучело лисы. О том, что для печати необходима 3D-модель, большинство звонящих узнавали только из разговора с нами. И тут же отказывались от сотрудничества. Только 10% обращений конвертировались в реальные заказы.

Вторая причина неудачи — то же непонимание пользователями технологии. Они заказывали сложные дизайнерские модели из самого дешёвого пластика, печать которых проходит на настольных принтерах с множеством технологических ограничений. Выбор самой низкой стоимости понятен, но нам приходилось каждому звонить и отговаривать от заказа, объясняя, почему изделие получится уродливым. Сложные модели нужно печатать на промышленных принтерах за куда более высокую цену из-за дороговизны оборудования и импортных расходников. Когда клиенты об этом узнавали, их интерес тут же угасал.

Перерождение

Долго так продолжаться не могло, так что часть стартапов (особенно те, кто переоценил рынок и вложился в дорогое оборудование) закрылись, другие — переориентировались. Причём не только в России.

Американский гигант Shapeways по-прежнему работает как дизайнерский магазин, но, помимо этого, вышел на B2B-рынок и основную прибыль получает там. Один из первых мировых стартапов, построенных на технологии 3D-печати, французский Sculpteo, который тоже начинал как маркетплейс, в 2015 году убрал с главной страницы магазин с дизайнерскими моделями и начал активно продвигать прототипирование. Бельгийский i.materialise — ещё один сервис, который стоял у истоков 3D-бизнеса и по-прежнему работает как платформа для дизайнеров. Но он — дочка крупной компании Materialise, которая специализируется на производстве ПО, оборудования, 3D-печати в B2B и получает очень маленькую долю выручки от своего B2C-сервиса.

В большинстве российских компаний, выживших после первых лет работы, тоже идёт перестройка. Кто-то переориентировался на изготовление рекламных и архитектурных макетов — это популярное на Западе и потенциально востребованное направление. Кто-то сосредоточился на 3D-моделировании, визуализации или разработке ПО. Кто-то занялся серийным производством.

Мы сами поменялись естественным путём. К нам всё больше обращались инженеры, конструкторы, разработчики и технологические стартапы. Так мы поняли, что инженерно-производственная сфера больше других рада 3D-принтерам, потому что они позволяют быстро провести испытания новой разработки, сэкономить силы и деньги. Специалисты в этой отрасли, как правило, владеют технической стороной вопроса. Многие работают с 3D-моделированием. Чаще всего к нам обращаются за прототипированием корпусов для новых устройств или оценкой промышленного дизайна товара. После тестирования большинство клиентов заказывает производство партий. Поэтому мы запустили собственное производство по литью пластиков и ЧПУ-фрезеровке. В итоге в прошлом году наша выручка выросла в 12 раз по сравнению с 2014 годом.

Инженерное и промышленное направление сейчас кажутся самыми перспективными в отрасли. Например, американский стартап Xometry в этом году получил $23 млн инвестиций. Он специализируется на аэрокосмической, автомобильной, оборонной и медицинской отраслях.

А вот развлекательная составляющая из 3D-печати почти полностью ушла. Стартапы, которые ориентируются на B2C-рынок, по-прежнему появляются и предлагают печать кастомизированных сувениров, аксессуаров или мини-копий людей и животных, но объём этого рынка невелик. У него появится шанс только через пять-десять лет, когда возможности 3D-принтеров возрастут, стоимость расходных материалов и оборудования снизится и технология станет понятнее широким массам. Тем не менее мировой рынок 3D-печати растёт. По данным Ernst & Young, c 2013 по 2015 год он увеличился в полтора раза.

Фотография на обложке: Sean Gallup / Getty Images

Обсудить ()
Новости партнеров