К вам приехала налоговая. С какой стати?

— объясняет Маргарита Дружинина

Налоговые органы сейчас имеют доступ практически к любой информации о деятельности любой компании. Они могут контролировать движение средств по банковским счетам, проверять финансовое состояние контрагентов. Доступ к таможенным базам даёт возможность обнаружить расхождения между счетами-фактурами и таможенными декларациями, таким образом проверяют уплату НДС импортёрами. Из последних важных новаций — подключение к базам загсов. Теперь налоговики могут быстро находить родственные связи директоров и собственников различных компаний. Кажется, слепых зон не осталось вовсе.

Базовый принцип деятельности налоговых органов такой: всё, что существует на бумаге, должно существовать и в реальности. Скажем, если компания получает доходы от грузовых перевозок, налоговики могут проверить, принадлежат ли ей грузовые автомобили, есть ли среди её расходов затраты на топливо и на техобслуживание. Отсутствие обычных мелких офисных трат: на бумагу для принтера, уборку и т. д. — может поставить под сомнение реальность существования офиса, а следом — самой компании. Подозрения налоговиков могут вылиться в выездную налоговую проверку, одно из самых неприятных для любой компании мероприятий. «Для галочки» такие проверки не устраивают. Каждый выезд тщательно готовится и, как правило, ведёт к доначислению налогов. Практика показывает, что минимальное доначисление в среднем по России составляет сейчас 5 млн рублей. В Москве — минимум втрое выше. Что чаще всего вызывает подозрения налоговиков?

Минимальное доначисление налогов в среднем по России составляет 5 млн рублей

Любая операция компании должна оправдываться определённой деловой целью: если налоговики такой цели не видят, проблемы обеспечены. Рассмотрим с этой точки зрения дробление компаний. Эта тема, можно сказать, хит сезона, у налоговиков она вызывает особый интерес.

Первое, на что делает стойку проверяющий, — вид деятельности. Нехорошо, если компания разделилась на части, которые занимаются одним и тем же. Собрать доказательства, что разделение было чисто формальным, налоговики могут через ваших же контрагентов. Если им всё равно, с которой из ваших компаний работать, и они выписывают счёт то на ООО «Ромашка», то на ООО «Лютик», улика налицо. Но каждый случай индивидуален. Вспоминается пример деревообрабатывающего предприятия, которое выделило розничный бизнес в отдельную компанию. Налоговые органы сочли, что это было сделано исключительно для экономии на налогах, но компания сумела отстоять в суде свою позицию: у оптового и розничного бизнеса разные контрагенты, разные схемы работы, у разделения была бизнес-логика.

Второй важный признак — использование компаниями, возникшими в результате разделения, упрощённых режимов и налоговых льгот. Если хотя бы одна из компаний применяет УСН, а выручка её оказалась ниже максимальной для УСН суммы в 150 млн рублей только благодаря дроблению, — это повод для серьёзных подозрений. Кстати, в описанном выше случае деревообработчикам сильно помогло то, что суммарный оборот был всё-таки меньше 150 млн.

Третье, на что будут смотреть налоговики, — конкретные признаки единой хозяйственной деятельности. Это и одинаковый список контрагентов, и общий штат у нескольких компаний, и общий адрес. Не надо думать, что, если вы формально развели штат по разным юрлицам, можно спать спокойно. Признаков единой деятельности множество. Формально у компаний могут быть разные бухгалтерии и отделы кадров, но проверка их IP- и Mac-адресов может показать, что отчёты отправляются из одного и того же места и с одного и того же компьютера.

Не надо думать, что, если вы формально развели штат по разным юрлицам, можно спать спокойно

Возникает вопрос: если всё так сложно, остаётся ли вообще место для налоговой экономии? На самом деле нюансов множество, и каждый конкретный случай надо рассматривать отдельно. Взять пример сети «Тарас Бульба», которой удалось доказать правомерность дробления на отдельные рестораны за счёт их максимальной дифференциации — вплоть до разного меню. Не удаётся пока налоговикам что-либо противопоставить и дроблению аптечных сетей, у которых есть сильный аргумент: каждая аптека должна получать лицензию независимо от других, иначе отзыв лицензии у одной из них может привести к параличу всей сети.

Хочу привести пару примеров на тему безопасной налоговой оптимизации из нашей практики.

Однажды главный бухгалтер клиента подарила бюджету 36 млн рублей. Дело было так. Компания купила недвижимость и заявила к возмещению НДС. Сумма оказалась большой. Получилось, что по итогам налогового периода компания должна не платить, а наоборот, получать с налоговиков деньги. Налоговым органам такое не очень нравится, они посоветовали бухгалтеру уменьшить сумму возврата НДС. Так она и сделала, фактически подарив государству разницу. Проблема в том, что вычет НДС по основным фондам (недвижимость) нельзя разделить на части. Между тем вычеты по работам, товарам и услугам, которые бухгалтер тоже заявила, разрешено и делить на части, и переносить на другие периоды. По нашему совету была подана уточнённая декларация, в которой вычет по недвижимости заявили целиком, а остальные вычеты перенесли на следующий период. Платежи уменьшились.

Второй случай, к сожалению, весьма типичен: собственник компании сначала осуществил операцию и лишь потом решил выяснить, не выгоднее ли было оформить её по-другому. Речь шла о передаче недвижимости дочерней компании. Недвижимость оформили в качестве вклада в имущество. Не буду вдаваться в детали, но вклад в уставный капитал был бы безусловно выгоднее для обеих компаний, при этом не вызвав никаких вопросов у налоговой. Но поменять эту схему задним числом никак нельзя. А значит, собственникам надо вникать в том числе и в вопросы налогообложения.

Фотография на обложке: MarsBars / Getty Images

Подписывайтесь на «Секрет фирмы» в «Яндекс.Дзене» и Google News.

Нам важно ваше мнение

Ещё по теме
Загрузка...
Загрузка...