17 января, 22:00
12 мин.

Взрыв из прошлого. Теракты, о которых (почти) все забыли

В России ежегодно вспоминают жертв громких терактов — взрывов жилых домов в Москве в 1999 году, «Норд-Оста» или захвата заложников в Беслане. Однако многие другие террористические преступления оказались практически забыты: в основном о них помнят земляки и близкие погибших, а также узкий круг исследователей и историков. Отчасти это объясняется давностью событий, отчасти тем, что их затмили более громкие нападения. О малоизвестных (но не малозначимых) терактах в СССР и России — в материале «Секрета».

Взрыв из прошлого. Теракты, о которых (почти) все забыли

Массовый расстрел в Курске (1968)

13 погибших, 11 раненых (по другим данным, 14 погибших и 17 раненых)

25 сентября 1968 года из воинской части внутренних войск в Курске сбежали два солдата-срочника — рядовой Виктор Коршунов и ефрейтор Юрий Суровцев. Первый был в этой паре лидером и перед побегом прихватил из части два автомата Калашникова, два пистолета и патроны. Злоумышленники упаковали оружие в чемоданы (предварительно спилив у автоматов приклады) и на попутке добрались до центра Курска.

Причиной импульсивного поступка стало письмо от любимой девушки, которое незадолго до этого получил Коршунов. Его возлюбленная объявила о разрыве отношений и рассказала, что скоро выйдет замуж за другого. Для солдата, который и до этого выражал суицидальные настроения, такой поворот событий стал мощнейшим ударом. Коршунов решил уйти из жизни и был настроен совершить задуманное с шумом.

Подбить на побег своего сослуживца Суровцева не составило труда, поскольку тот обладал повышенной впечатлительностью и ранее даже лечился в психбольнице с диагнозом «психический инфантилизм».

Никакого плана у дезертиров не было: после прибытия в центр города они точно не знали, что делать дальше, и обдумывали несколько вариантов. Одним из них был захват горкома КПСС, но в том же здании находился опорный пункт милиции, поэтому беглецы не решились на штурм. От идеи атаковать прокуратуру тоже решили отказаться из-за возможного сопротивления.

В итоге Коршунов и Суровцев решили вломиться в квартиру своей знакомой Тамары Сатаровой (по другим данным, они не знали женщину и просто выбрали первое попавшееся жилище, окна которого выходили на Привокзальную площадь Курска).

Взрыв из прошлого. Теракты, о которых (почти) все забыли

Ранним утром 26 сентября в квартире находились восемь человек: хозяйка дома, её младшая дочь с мужем и двумя маленькими детьми, а также старшая дочь (та самая Тамара Сатарова) с двумя своими детьми.

Ворвавшиеся преступники быстро расправились с большинством жильцов, расстреляв их из автомата через подушку, чтобы выстрелы были не так слышны. В живых остались только Тамара и её дети. Бандиты отправили женщину за водкой. К моменту её возвращения дезертиры успели убить её дочерей. Сатарову же связали и бросили в ванной.

Следующие сутки дезертиры провели в беспробудном пьянстве. Утром 27 сентября они начали стрельбу из окна по людям на площади. В результате погибли ещё пять или шесть человек, включая заключённого, который находился в приехавшем на площадь автозаке и получил шальную пулю.

На место прибыли милиция и командиры сбежавших солдат. Начались переговоры с преступниками. Коршунов и Суровцев утверждали, что все заложники живы, но не выдвигали никаких требований. Из двух террористов Суровцев был более внушаемым и вдобавок старшим по званию, поэтому переговорщики сосредоточились на том, чтобы заставить его отдать приказ Коршунову сдаться. В ответ он заявил, что его сообщник не подчиняется указаниям.

Тогда командир их части приказал ефрейтору расстрелять второго бандита. В итоге Суровцев зашёлся в истерике, выпустил в Коршунова оставшиеся в магазине патроны и вскоре после этого сдался. Выжившего преступника пришлось переодеть в милицейскую форму, чтобы собравшаяся у дома толпа не линчевала его.

О событиях в центре Курска быстро стало известно за рубежом — радио «Голос Америки» (в 2017 году признано в РФ иноагентом) сообщило, что военнослужащие подняли вооружённый мятеж в знак протеста против ввода войск в Чехословакию, состоявшегося месяцем ранее.

Советское следствие же пришло к выводу, что причиной трагедии стали психические заболевания обоих участников массового убийства. Спустя около месяца военный трибунал приговорил Суровцева к высшей мере наказания — расстрелу.

Взрыв из прошлого. Теракты, о которых (почти) все забыли

Серия терактов в Москве (1977)

7 погибших, 37 раненых. Величина имущественного ущерба неизвестна

8 января 1977 года в Москве прогремело сразу три мощных взрыва. Первый раздался в 17:33 в вагоне метро на открытом перегоне между станциями «Измайловская» и «Первомайская», второй — спустя около получаса в продуктовом магазине на улице Дзержинского (сейчас Большая Лубянка), а третий — ещё через пять минут у другого магазина на улице 25 Октября (Никольская).

Количество жертв и пострадавших оказалось довольно велико: погибли семь человек, включая ребёнка, были ранены ещё 37. Все погибшие и большинство раненых пришлись на взрыв в метро (он считается первым терактом в истории столичной подземки), остальные два были не столь серьёзными. Смертей, без сомнения, было бы намного больше, если бы в момент срабатывания первого взрывного устройства вагон находился в закрытом тоннеле.

Характер взрывов и тот факт, что все они произошли в течение 40 минут, наталкивали на очевидный вывод о террористической атаке, но поверить в реальность подобного в СССР эпохи застоя было нелегко. По распоряжению генсека Леонида Брежнева к делу привлекли лучших сотрудников КГБ. Поймать преступников по горячим следам не получилось, и специалисты приступили к тщательному изучению улик.

Постепенно становило понятно, что следы ведут в Армянскую ССР. Так, на месте одного из взрывов нашли стрелку от будильника «Слава», изготовленного в Ереване (она была одним из элементов взрывного устройства). Кроме того, по фрагментам сумки, в которой находилась бомба в метро, стало ясно, что её сшили на Ереванской кожгалантерейной фабрике.

Общее направление поисков было понятно, но выйти на след террористов не удавалось до тех пор, пока они не попытались нанести ещё один удар. Осенью 1977 года один из пассажиров на Курском вокзале обратил внимание на бесхозную хозяйственную сумку. Заглянув внутрь, он обнаружил там бомбу, прикрытую спортивной курткой и шапкой-ушанкой. На место прибыли милиция и взрывотехники. В этот раз трагедии удалось избежать.

Сыщики обнаружили на шапке несколько тёмных вьющихся волос. Сотрудникам транспортной милиции по всей стране дали указание искать в поездах кудрявых брюнетов без верхней одежды. Вскоре такой подозреваемый нашёлся в поезде Москва — Ереван. Им оказался 28-летний сварщик Акоп Степанян. Под брюками на нём были надеты спортивные штаны из того же комплекта, что и забытая в сумке с бомбой куртка. Вместе с ним путешествовал его родственник, 23-летний рабочий Завен Багдасарян, которого также задержали. Вскоре появились и другие доказательства их вины: в квартирах подозреваемых нашли элементы взрывных устройств, а сумку, оставленную на вокзале, опознала мать Степаняна.

Через задержанных следователи вышли на третьего фигуранта — одного из основателей Национальной объединённой партии (НОП) Армении Степана Затикяна. НОП ставила целью создание независимой Армении. Ранее Затикян был осуждён за «антисоветскую агитацию и пропаганду», а также участие в «антисоветской организации». По версии следствия, именно он был организатором и вдохновителем терактов в Москве, а Степанян и Багдасарян стали исполнителями.

Закрытый суд, по итогам которого всех обвиняемых приговорили к расстрелу, состоялся в январе 1978 года. Вскоре приговор привели в исполнение.

В диссидентских кругах серьёзно сомневались в виновности Затикяна, Степаняна и Багдасаряна, считая взрывы провокацией со стороны КГБ. Академик Андрей Сахаров даже написал письмо Брежневу с просьбой приостановить исполнение приговора, но это ни к чему не привело.

Взрыв из прошлого. Теракты, о которых (почти) все забыли

Взрыв в Волгодонске (1999)

19 погибших, 89 раненых. Ущерб оценивается в 337 604 000 рублей

Мощнейший взрыв в Волгодонске прогремел около 6 утра 16 сентября 1999 года — на воздух взлетел начинённый взрывчаткой грузовик ГАЗ-53, припаркованный рядом с девятиэтажным жилым домом № 35 по Октябрьскому шоссе.

Взрывная волна разрушила фасад дома, привела к обрушению перекрытий и повреждению лестничных проёмов. Кроме того, пострадали больше 30 зданий в радиусе двух кварталов, включая жилые дома, школу, детский сад и отделение милиции.

Госпитализация потребовалась 89 раненым, но общее количество пострадавших составило 16 000 человек. На месте автомобиля со взрывчаткой образовалась воронка глубиной 3,5 м и диаметром 13–15 м.

Взрыв в одном из крупнейших городов Ростовской области стал последним в серии терактов, которые, по официальной версии, организовали террористы Эмир аль-Хаттаб и Абу Умар. 4 сентября взрыв произошёл в дагестанском Буйнакске (погибли 64 человека), 8 сентября — в Москве, на улице Гурьянова (100 жертв), а 13 сентября — также в столице, на Каширском шоссе (124 погибших).

На фоне столь серьёзных трагедий с большим количеством жертв взрыв в Волгодонске казался наименее разрушительным, поэтому спустя годы местные жители называют события 16 сентября «самым забытым терактом».

Следователи объединили дела о взрывах в Москве и Волгодонске в одно производство. В апреле 2003 года Генпрокуратура завершила расследование. Согласно выводам ведомства, в августе 1999 года в поселке Мирный на Ставрополье члены преступной группы Хаттаба и Умара кустарным способом изготовили больше 14 т самодельной взрывчатки и расфасовали их по мешкам. Сначала опасный груз доставили в Кисловодск. Оттуда 10 т вещества под видом сахара отправили в Москву, а остаток оформили как картофель и затем доставили в Волгодонск.

За несколько дней до теракта преступники перенесли взрывчатку в другую машину — специально купленный для этого за $300 и 2200 рублей ГАЗ-53, — а также оснастили устройство самодельным взрывателем с электронным таймером. 15 сентября бывшего владельца автомобиля уговорили припарковать грузовик у дома № 35 на Октябрьском шоссе (мужчина считал, что в кузове находится картофель).

По версии следствия, исполнителями теракта в Волгодонске стали жители Карачаево-Черкесии Тимур Батчаев, Юсуф Крымшамхалов и Адам Деккушев. Задержать удалось лишь последних двух (Батчаев позднее был убит в Грузии).

12 января 2004 года Московский городской суд приговорил Деккушева и Крымшамхалова к максимальной мере наказания — пожизненному лишению свободы в колонии особого режима. Осуждённые признали свою вину лишь частично. Деккушев утверждал, что организаторы теракта заставили его совершить преступление, одурманив наркотиками. По словам Крымшамхалова, он не знал, что взрывчатку планировали использовать для взрыва жилых кварталов.

Из-за того что процесс проходил в закрытом режиме, в деле осталось множество неясностей. В частности, так и остались неизвестными мотивы Крымшамхалова, который был богатым человеком и вряд ли мог совершить содеянное ради денег.

Из-за подобных белых пятен стали появляться альтернативные версии взрывов в Москве, Буйнакске и Волгодонске. Согласно самой популярной из них, которую позднее будет активно продвигать беглый олигарх Борис Березовский, ответственность за теракты якобы несёт ФСБ.

Взрыв из прошлого. Теракты, о которых (почти) все забыли

Взрыв в Архангельске (2004)

58 погибших, 170 раненых. Величина имущественного ущерба неизвестна

Ещё более странной и сомнительной многие считают официальную версию теракта, произошедшего ночью 16 марта 2004 года в Архангельске. Тогда мощнейший взрыв потряс девятиэтажный жилой дом № 120 на проспекте Советских Космонавтов.

Один из подъездов оказался полностью разрушен, а соседний получил серьёзные повреждения. Взрывной волной выбило стекла в домах, расположенных в радиусе квартала от места происшествия. Под завалами оказались около 80 человек — почти все жильцы того самого пятого подъезда.

Следствие изначально остановилось на версии о взрыве газа. Позднее задержали первого и единственного подозреваемого — Сергея Алексейчика, которого за три года до трагедии уволили из архангельской газовой службы, где он работал слесарем. По версии следствия, из-за этого тот загорелся желанием отомстить, долго вынашивал план и в роковую ночь наконец решился скрутить заглушки с газовых труб в четырёх домах. В одном из них в итоге и произошёл взрыв.

Судебный процесс состоялся в Архангельском областном суде. Семеро присяжных согласились с доводами обвинителей, пятеро высказались за невиновность Алексейчика. При этом коллегия единогласно высказалась за то, что подсудимый заслуживает снисхождения. 16 декабря 2005 года суд приговорил его к 25 годам колонии строгого режима за терроризм, массовое убийство и повреждение чужого имущества.

Однако и во время суда, и после приговора в прессе часто высказывались сомнения в виновности бывшего слесаря и в целом состоятельности версии о взрыве газа. О том, что причиной стал не газ, неофициально говорили сотрудники МЧС, приехавшие на место трагедии из Москвы.

При разборе завалов спасатели обнаружили труп бездомного, у которого под ногтями нашли «вещества, которые входят в состав взрывчатых, но могут быть следами загрязнения окружающей среды». Следы этих же веществ остались и на плитах рухнувшего подъезда, но в итоге специалисты решили, что это просто «загрязнение».

Кроме того, против версии о газе выступили и некоторые очевидцы. Один из них — таксист, проезжавший мимо дома в момент взрыва, — заметил яркую вспышку на уровне пятого-шестого этажа, после чего вылетела стенная панель, показался дым и подъезд начал разваливаться. Это подтверждал другой свидетель, который находился во дворе дома. Оба заявили, что газ так взрываться не может, причём как минимум один говорил со знанием дела, поскольку 17 лет прослужил в армии взрывотехником.

Ещё одним слабым местом официальной версии считается предположение экспертов о том, что газ заполнил подъезд девятиэтажного дома всего за восемь минут. При этом, согласно показаниям свидетелей, стекла в окнах на нескольких этажах отсутствовали, а дверь не закрывалась из-за сугробов. Следствие, однако, не учло несостыковки в деле, как и тот факт, что, по словам Алексейчика, он признался в преступлении под давлением.

Взрыв на Черкизовском рынке (2006)

14 погибших, 47 или 61 раненый. Величина имущественного ущерба неизвестна

Ещё один теракт с многочисленными жертвами произошел в 10:20 утра 21 августа на территории знаменитого Черкизовского рынка в Москве. По свидетельствам очевидцев, бомба взорвалась на границе между двумя крупными секторами рынка — «Сиреневая ярмарка» и «Евразия», где располагалось вьетнамское кафе «Атлантида».

Незадолго до взрыва на месте заметили трёх мужчин, которые оставили возле кафе спортивную сумку и начали уходить. Один из торговцев крикнул им, что они забыли свои вещи, но незнакомцы не отреагировали. Работник рынка заподозрил неладное и вместе с коллегами и охранниками бросился в погоню. Двух подозрительных мужчин удалось скрутить, но третий ускользнул. В этот момент у «Атлантиды» и раздался мощный взрыв, который разнёс кафе и обрушил палатки на втором ярусе.

Задержанными оказались 20-летние Илья Тихомиров из Москвы и уроженец города Глазова в Удмуртии Олег Костарев. Они сразу признались в организации теракта, заявив, что хотели «отомстить нелегалам, заполонившим Россию». На следующий день правоохранительные органы добрались и до их сообщника, 18-летнего москвича Олега Жуковцова, который ранее смог сбежать с «Черкизона».

Но на этом череда задержаний не закончилась. В начале сентября оперативники пришли за руководителем военно-патриотического клуба «Спас» 25-летним Николаем Королёвым, а спустя ещё несколько дней был задержан 36-летний прапорщик ФСБ Сергей Климук, которого следствие назвало главным вдохновителем теракта. По словам оперативников, он обладал огромным влиянием на молодых людей, занимавшихся в «Спасе», и прекрасно умел убеждать своих собеседников.

Также в ходе расследования выяснилось, что теракт на Черкизовском рынке был далеко не единственным в послужном списке «спасовцев»: в период с апреля по август 2006 года они организовали целых восемь взрывов в Москве (правда, не столь разрушительных).

Так, 22 апреля взрывное устройство сработало в помещении офиса прорицательницы Лилианы, которую члены военно-патриотического клуба считали колдуньей. Погибших и пострадавших в результате инцидента не было. Также целями преступников становились торговые павильоны, принадлежавшие азербайджанцам, зал игровых автоматов и даже молельная комната в Яхроме. Однажды они устроили взрыв в общежитии, где проживали армяне, бежавшие в Москву после погромов в Сумгаите и Баку. Кроме того, один из членов «Спаса» в апреле убил 16-летнего армянина Вигена Абрамянца на станции метро «Пушкинская».

Одним из главных доказательств по делу о теракте на «Черкизоне» стал дневник Ильи Тихомирова, в котором тот писал в том числе о своих преступных планах. Фигурантам дела предъявили обвинения в создании ОПГ, совершении теракта, незаконном изготовлении и обороте оружия, а также в хулиганстве (так следствие квалифицировало взрывы без пострадавших).

Коллегия присяжных признала участников «Спаса» виновными, а приговор огласили в Мосгорсуде 15 мая 2008 года. Николай Королёв, Илья Тихомиров, Олег Костарев и Сергей Климук получили пожизненные сроки. Валерий Жуковцов отделался 20 годами. Убийцу Вигена Абрамянца Никиту Сенюкова приговорили к 13 годам, но позднее срок сократили до 10 лет.

Как и взрыв в Архангельске, теракт на Черкизовском рынке вызвал большой резонанс, но после приговора обвиняемым о нём почти забыли.

Коллаж: «Секрет фирмы», depositphotos.com, pngwing.com, Пресс-центр ГУ МЧС России по Архангельской области, CC0 1.0

Новости партнеров