$ 64.1568.47$53.94
23 марта 2016 года в 08:00

Василий Мельниченко. Как использовать русский менталитет в менеджменте

Особенности национального характера

Василий Мельниченко. Как использовать русский менталитет в менеджменте

Наш народ принято ругать. Говорят, мы лентяи, пьяницы, необязательные люди, тащим в дом всё, что плохо лежит. На самом деле мы такие же, как американцы или европейцы. Русская диаспора живёт в США и Европе — и ничем там наши люди от местных не отличаются. Просто у себя дома мы находимся в условиях, которые культивируют в нас множество человеческих недостатков. И к условиям этим мы очень хорошо адаптируемся.

Безответственность

Возьмём нашу вечную надежду на «русский авось». В бизнесе она проявляется в том, что ни у компаний, ни у сотрудников нет долгосрочных стратегий и чётких планов. Почему у нас всё делается в последний момент? А потому что бизнес в стране живёт одним днём. Предприниматели думают так: «Буду я развивать свой магазин, вкладывать в него деньги, улучшать его, а завтра он вдруг понравится товарищу майору — и его отберут. Ну уж нет, пусть остаётся всё как есть». У сотрудников логика несколько иная: «Если я заранее всё, что должен, сделаю, обязательно заставят переделать. Уж лучше я подожду».

Как я приучаю людей к ответственности? На нашем предприятии есть правило: любой человек, нарушивший технологию, лишается годовой премии. А она у нас немаленькая — 50 000 — 60 000 рублей. Первое время жёны нарушителей приходили ко мне с просьбой не наказывать их мужей. И я им говорил: «Маша, ведь если я выдам твоему мужу премию, я этим нарушу устав хозяйства — и сам же не получу годовой бонус. Сходи-ка к моей супруге и спроси, готова ли она к такому повороту». Женщины сразу понимали ситуацию — и больше не ратовали за нерадивых мужей. Наоборот, сами начинали их контролировать. Через год-два все привыкли к новым правилам и теперь неукоснительно им следуют.

Лень

Мы всему миру, кажется, уже надоели своим бездельем, которое во времена дорогой нефти ещё и с экранов телевизоров вовсю пропагандировалось. Наше государство создало людям такие условия, в которых им выгоднее не работать, а скакать голой задницей по паркету. Люди с удовольствием приняли этот посыл — и пошли по пути наименьшего сопротивления.

Молодёжь уезжает из села. Девушки в городе устраиваются на работу парикмахершами, парни — охранниками. А у меня на предприятии дефицит кадров — не хватает механизаторов, зоотехников, осеменителей. Работают люди в возрасте 50–55 лет. Когда их не станет, сельское хозяйство в России закончится.

Мы с Путиным — пенсионеры. Нам бы с ним уже о рае подумать, а мы всё Родину спасаем. Что я делаю в ситуации дефицита кадров? Пытаюсь предложить людям достойную оплату. Средний оклад в нашем хозяйстве — 25 000 — 40 000 рублей. Но людям ведь нужны ещё благоприятные условия проживания: хорошие школы, больницы, досуговые центры. Социальная составляющая целиком на плечах государства, а оно закрывает у нас всю инфраструктуру и продолжает выживать людей в города.

Воровство

В конце 1990-х я проводил среди наших сельских жителей анонимное исследование, посвящённое воровству. Результаты меня удивили — 90% опрошенных сказали, что у фермера или у государства воровать можно и нужно. Они объясняли свою позицию тем, что «это же всё наше».

Думаю, воровство в современной России процветает по причине несправедливого распределения богатств во время приватизации. Ещё и ростовщическая банковская система, которая вообще не нацелена на развитие предпринимательства, благоприятные условия только для мошенников создаёт.

В результате в нашей стране первый этап развития любого бизнеса заключается в том, чтобы побыстрее в нём что-нибудь украсть. А то, как бизнес будет развиваться, сколько в итоге будет стоить, допустим, литр молока, впишешься ли ты с ним в рынок, — это уже никого не волнует. Ну не получится, обанкротишься — пойдёшь новый «бизнес» создавать.

В моём хозяйстве охраны нет с 2006 года, а последний случай воровства произошёл в середине 1990-х годов — тогда украли матрасы из сельского общежития. Всё потому, что мы работаем по системе хозрасчёта — каждое подразделение хозяйства ведёт свой бюджет, контролируют расходы, прибыль делим в пропорции 60/40. Большую часть забирает бригада, меньшую — предприятие. А воровать у себя или соседа колхознику непозволительно.

Инертность

Худшие черты русских людей — инертность, упование на батюшку-царя, начальника, чиновника — произрастают из рабских условий, в которых живёт наш народ. С момента возникновения у нас государственности и до наших дней в России никогда не было вольных людей. Как призвали варягов, так и пошло: татаро-монгольское иго, крепостное право, советские колхозы. Или взять сегодняшнюю ипотеку. Это разве не добровольное рабство?

Самое интересное, что большую часть исторического времени мы были в подчинении не у иностранцев, а у своих соотечественников. Мы каждый раз доверяемся новым руководителям, а в итоге на смену одним вахтовикам с недвижимостью за границей приходят другие, такие же.

Сегодня законодательство идёт по пути ужесточения, подавляет в людях волю и самостоятельность. А нужно делать наоборот — дать реальную свободу частной собственности. В нашем хозяйстве все подразделения — ферма, растениеводство, мясопереработка — независимы и самоокупаемы. И люди добросовестно относятся к своей работе — они знают, что своей нерадивостью отнимут кусок хлеба у себя же.

Фотография на обложке: Sergey Prokudin-Gorsky [Public domain], Wikimedia Commons, Library of Congress

Обсудить ()
Новости партнеров