$ 63.9168.50$53.93
02 сентября 2015 года в 13:35

Сергей Кравцов (QIP, 4talk): «Из Facebook приезжали к нам торговаться»

Бизнес на переполненном рынке

Раз в две недели интернет-предприниматели заходят в гости на часовой разговор к Максиму Спиридонову, сооснователю и гендиректору образовательной компании «Нетология-групп». Так создаётся подкаст «Рунетология». «Секрет» публикует выдержки из самых интересных бесед в рамках этой передачи.

39-летний Сергей Кравцов в начале 2000-х строил первые российские компании в сфере IT-телефонии. Потом запускал популярный в эпоху ICQ мессенджер QIP и первый в России массовый сервис платных интернет-звонков «Агент Mail.Ru». Последние несколько лет он занимается облачным мессенджером 4talk. Кравцов рассказывает, чем его продукт отличается от WhatsApp, Viber и Facebook Messenger.

Запись интервью с Сергеем Кравцовым и другими гостями Спиридонова можно найти на сайте «Рунетологии».

— Ты принимал участие в строительстве первых компаний IP-телефонии, в запуске первого в России массового сервиса платных звонков из мессенджера «Агент Mail.Ru», но в какой-то момент ушёл из телекома. Почему?

— Мне опаскудило этим заниматься. Я завяз и просто устал. Бывает такая накопленная усталость, когда долгие годы занимаешься одним и тем же.

— А как ты оказался в команде QIP?

— Казанский программист Ильгам Зюлькорнеев сделал мессенджер на базе ICQ. Он получился маленьким и очень качественным. QIP заметила компания РБК и выкупила его. Это была такая лайт-версия ICQ, без рекламы и прочего безобразия. Примерно в это же время я познакомился генеральным директором РБК Германом Каплуном. Мы с ним месяца три обсуждали, что можно сделать с этим проектом, и в какой-то момент я им занялся. Мы поговорили с Ильгамом и начали вместе с ним активно этот проект развивать. За короткий срок он стал очень большим.

— В те времена, да и сейчас Ильгам Зюлькорнеев был легендарной фигурой в своей среде. Немногие могут сказать, что видели его вживую.

— Ильгам достаточно закрытый человек. Ему не очень интересно общаться публично. Ему нравится тратить по 20 часов в день на программирование, создание продуктов. Когда мы с ним познакомились, эта упёртость меня подкупила.

— QIP в середине 2000-х был самым популярным российским мессенджером. Как шло его развитие?

— Рос ICQ, росли и мы. Одна из главных проблем заключалась в том, что мессенджеры требуют серьёзных финансовых вложений. И где-то в 2008 году Александр Горный предложил сделать портал QIP.ru.

— Вы искали решение по монетизации, которое позволило бы QIP стать реальным бизнесом, а не просто местом, где есть аудитория?

— Да. Так как я пришёл из телекома, где зарабатывают на звонках, мы сначала думали сделать в QIP дешёвые звонки. Потом смотрели в сторону подписок, но в России с ними всегда было сложно. В итоге создание веб-портала стало правильным решением. Он получился достаточно неплохим и в лучшие времена собирал до 3 млн уников в день. Через полгода QIP стал, насколько знаю, единственным в мире мессенджером, который себя полностью окупал.

— За счёт рекламы на портале?

— В том числе. Помимо QIP мы встроили на портал поиск «Яндекса», другие проекты РБК — smotri.com, loveplanet.ru. Различные подразделения «Медиамира» занимались брендингом, продажей рекламы.

— История с созданием портала QIP.ru вызывала ощущение искусственно слепленного гомункула.

— Нет, история была абсолютно живой. Тут был нюанс в том, как пользователи попадали на этот портал. В те времена ICQ, стремясь избавиться от конкурентов, каждые две недели меняла протокол. Поскольку мы паразитировали на этом протоколе, QIP переставал работать. Мы выкатывали обновление. Пользователи его скачивали и вместе с установкой свежего QIP получали стартовой страницей в браузере qip.ru. Когда мы выкладывали исправленные версии QIP, дымились трубы в дата-центрах РБК, потому что они не справлялись с наплывом пользователей.

— Получается, ICQ, борясь с вами, на самом деле работала на вас.

— Совершенно верно. В те времена представители Facebook приезжали к нам торговаться. Они хотели купить QIP, но мы не смогли, к сожалению, с ними договориться. Потому что мы по-разному понимали, в какую сторону идём. Это такой первый опыт попытки продажи западным компаниям российских проектов. Мы думали, что за это надо брать миллиард — они думали, что купят за миллион.

— Что происходило в РБК в те времена? Почему QIP.ru и всё развлекательное направление РБК потом рассыпалось?

— Для меня РБК всегда была и остаётся компанией одного человека, вокруг которого крутилась сотня проектов. Это Герман Каплун, мой партнёр и очень хороший друг. У него сверкали глаза на инновации, он всех заражал оптимизмом. Когда ОНЭКСИМ выкупил РБК, Герман ушёл. С ним ушла энергетика — и все приуныли. Менеджменту ОНЭКСИМа были интересны другие ресурсы: телевидение, РБК-новости. Найти человека, который мог бы тянуть развлекательные ресурсы, они не смогли. Хотя пытались: я помню, Павел Рогожин приходил из Rambler. Около года он потратил на реанимацию.

— А в итоге готовил активы РБК к продаже.

— Его сложно в чём-то обвинять. Акционеры поставили задачу продать эти активы. Они разбирались в добыче полезных ископаемых, и весь этот зоопарк развлекательных проектов им был не нужен.

— Чем закончилась твоя работа с РБК?

— Мы расходились со скандалом. РБК пытался забрать у нас авторские права и патенты на QIP и другие клиенты, которые мы разрабатывали. Но у нас были документы, подписанные новыми владельцами компании о том, что на самом деле им принадлежит только портал.

— Вернёмся к теме продукта. В какой момент на рынке появились мобильные мессенджеры? Давай попробуем вспомнить их эволюцию.

— Насколько я помню, WhatsApp появился практически одновременно с push-уведомлениями на iPhone. Почему мы не сразу туда пошли? Наверное, ошиблись. Нас пугала зависимость от мобильных номеров, и мы не были до конца уверены, что пользователи так просто будут расставаться со своими телефонными книжками. Мы были убеждены, что нужно быть анонимными, не нужно собирать с пользователя персональные данные.

— Вы стали заложниками предыдущего опыта. Пропустили WhatsApp и не среагировали быстро.

— Совершенно верно. Мы стали старыми. WhatsApp в тот момент стал выигрывать за счёт своей простоты. У них было абсолютно очищенное сознание, и этим они были сильны. В WhatsApp не было лишних протоколов. Он не был паразитом, он просто с чистого листа строил свою историю. WhatsApp очень долго даже не пытался шифровать передачу сообщений. Можно было просто «расхачить» телефоны и читать переписку.

— После выхода WhatsApp началось стремительное развитие рынка мессенджеров?

— Сегодня мы имеем достаточно простую и понятную картинку. В США на первых местах WhatsApp и Facebook Messenger. Цукерберг понимал, что в какой-то момент социальные сети себя выработают, и купил WhatsApp. К слову, Facebook для американских пользователей — это как для наших «Одноклассники». Это уже устаревшая аудитория. Молодёжная аудитория в мессенджерах. Тогда она зацепилась за WhatsApp. Затем появился Snapchat и т. д. Мессенджеры появляются по несколько штук в неделю, они растут как грибы.

— При этом ни Snapchat, ни WhatsApp не прибыльны.

— Насколько я помню, за первое полугодие 2014 года у WhatsApp чистый убыток — $250 млн.

— Кто лидеры в других странах?

— Viber и WhatsApp неплохо себя чувствуют в Европе. В России самый большой мессенджер — это «ВКонтакте». Я думаю, в сентябре-октябре они покажут свой отдельный мессенджер точно так же, как они запустили клон «Инстаграма». В Азии это Line, WeChat, KakaoTalk. Эти ребята на всё смотрят со своей колокольни. Азиатская аудитория любит «блестяшки», картинки и безумные стикеры с разорванными головами. Ни одна европейская компания не может прийти в Азию и стать вторым или третьим мессенджеров, потому что мы их не понимаем, они с другой планеты. Достаточно открыть Line и посмотреть, как люди переписываются. Они очень мало пишут текстом, зато много отправляют голосовых сообщений и стикеров. Они живут совершенно в другом мире.

— У меня установлено три мессенджера: Skype, Facebook Messenger, Viber. Порой поступают предложения от знакомых пообщаться в WhatsApp или в Snapchat. Не пора ли подумать об их агрегации?

— Возможно, но на самом деле есть более серьёзные вещи, о которых не стоит забывать. Пока идёт «войнушка» между мессенджерами, хвастовство количеством пользователей и надутой капитализацией, рядышком стоят операторы сотовой связи и с ужасом смотрят на весь этот цирк. Я три-четыре года назад говорил: «Операторы, вы классные, развивайте инфраструктуру, включайте очень быструю передачу данных. Пользователи будут платить за эту передачу данных, а мы будем создавать сервисы, бесплатные звонки, бесплатные сообщения». Пока они стояли, доходы от SMS обрушились уже в два раза. Доходы от голосовой связи в ближайшие пять лет серьёзно сократятся. Понятно, что какие-то бабушки будут пользоваться старыми телефонами Samsung. Но уже сейчас большинство пользователей — это пользователи смартфонов, у которых всё есть бесплатно. Для них оператор — это всего лишь телефонный номер, на который банк присылает тебе SMS о операции или чтобы мама позвонила. Но вся жизнь происходит в мессенджерах и социальных сетях.

— Почему операторы не сделали свои мессенджеры?

— Были попытки у «Билайна», МТС и «Мегафона». Они вместе вложили какое-то количество денег, взяли разработчиков. Но операторы сотовой связи не умеют строить сервисы. С этим надо просто смириться. Сегодня они пытаются сделать communication service. Они закупают за безумные миллионы платформы и начинают ходить по многим мессенджерам, пытаться свои сервисы каким-то образом интегрировать, чтобы за каждое сообщение брать деньги. Продолжают жить в старой парадигме и делают аналог SMS. Не получится.

— Из самых последних выстреливших мессенджеров — это Slack.

— Это достаточно глючный беспонтовый продукт по своему качеству и возможностям. Давным-давно был такой проект под названием mIRC, корни растут оттуда.

— Глючный беспонтовый продукт, который за два года вырос до $3 млрд.

— Любой продукт, любой мессенджер — это такой химический процесс. Очень сложно угадать, что понравится или не понравится аудитории. Мне непонятно, почему аудитория схватила такой простой продукт. Может быть, люди устали от сложностей? Может, им захотелось белого поля? Может быть, им нравятся те хештеги, которые в Slack? Не знаю.

— Не жалеешь, что вы не сделали ничего подобного?

— Можно хвататься за разные возможности и пытаться их клонировать, но я всё-таки предпочитаю идти собственным путём. Мы сделали свою платформу 4talk, на базе которой любой может сделать свой мессенджер. Мы прежде всего смотрим на корпоративную среду. Наша платформа позволяет замкнуть все коммуникации компании внутри себя, при этом будут полноценные клиенты-мессенджеры, которые можно скачать в сторах. На сегодняшний день мы обсуждаем с «Ростелекомом» такие решения, потому что мы — единственная компания, кто в состоянии отчуждать свои платформы. Мы можем стать государственным мессенджером, а можем быть корпоративным мессенджером. Это совершенно непаханое поле.

— Как будет развиваться сама среда мессенджеров? Одно из очевидных направлений — агрегация?

— Вопрос агрегации до конца не понятен. История, когда с одного мессенджера на другой можно будет что-то писать, увы, нереальная. Для этой агрегации нет самого главного — мотива у мессенджеров. Когда компании скрещивают протоколы, они теряют капитализацию. Если WhatsApp агрегировать с Viber, то обе компании в глазах акционеров потеряют в деньгах. А всё, что противоречит деньгам, противоречит и продуктам.

— Если не агрегация, то что?

— Я думаю, время крупных приобретений уже закончилось и мы переходим в достаточно интересную фазу утряски и усушки. Не сумевшие собрать значительную аудиторию мессенджеры будут закрываться. Появятся локальные крупные игроки, будет расти корпоративная среда. Это самый интересный рынок, который генерит бесконечное количество денег. Это видно в том числе и по Slack.

— Есть ли смысл сейчас предпринимателю идти в направление мессенджеров? Или поезд уже ушёл и лучше чем-то заняться другим?

— С нуля не стоит. Но это риторический вопрос — стоит ли заниматься бизнесом, которым хочется заниматься, или не стоит? Я считаю, что лучше попробовать, обжечься, чем потом всю жизнь мучиться, что не рискнул.

Фотография на обложке: предоставлена героем материала

Обсудить ()
Новости партнеров