$ 64.1568.47$53.94
22 июля 2015 года в 18:26

Никита Шерман: «Сегодня я не пошёл бы работать в "Одноклассники"»

Топ-менеджер — о своих провалах

Никита Шерман: «Сегодня я не пошёл бы работать в "Одноклассники"»

Раз в две недели интернет-предприниматели заходят в гости на часовой разговор к Максиму Спиридонову, сооснователю и гендиректору образовательной компании «Нетология-групп». Так создаётся подкаст «Рунетология». «Секрет» начинает публиковать выдержки из самых интересных бесед в рамках этой передачи.

Никита Шерман начинал свой путь в интернете как главный редактор изданий «Дни.ру», «Веблук» и «Рунет.ру», но потом ушёл из журналистов в менеджеры. Он искал партнёров для «Бегуна», монетизировал «Одноклассников» и покупал туалетную бумагу для своих сотрудников в «Дримми». Сейчас Шерман пытается убедить малых предпринимателей открывать свои сайты через сервис Wix.

Запись интервью с Никитой Шерманом и другими гостями Спиридонова можно найти на сайте «Рунетологии».

— Как ты попал в игровую индустрию?

— В 2004 году я познакомился с Игорем Мацанюком [основатель инвестиционного фонда IMI. — Прим. ред.]. Он, как и я, только приехал в Москву и запустил игру «Территория». Она приносила деньги, и Игорь горел желанием инвестировать в интернет. Он открывал какой-то портал, затем e-commerce-площадку, потом что-то ещё. Но как делать бизнес в интернете, Игорь не знал.

— Правда, что вместе с Мацанюком игру «Территория» делал и Сергей Жуков из «Руки вверх»?

— Да, Серёжа тоже тогда был одним из акционеров компании и принимал довольно активное участие.

— А как получилось, что ты занялся игровым бизнесом?

— Сначала мы просто познакомились и подружились с Мацанюком. Потом я начал заезжать к ним в офис и смотреть, чем они занимаются. Это было моё первое соприкосновение с онлайн-играми. Я был восхищён не только тем, что они делают, но и тем, как они делают. А самое главное — их степенью вовлечения в процесс, той страстью, которую они вкладывали в это дело.

Мы могли до поздней ночи обсуждать игры, будущее, как это реализовать. Я этого больше нигде не видел. И я понял, что хочу стать частью этого, быть с теми людьми, которые настолько горят идеями.

— Что в игровой индустрии показалось тебе наиболее интересным?

— Самым интересным оказался проект «Час пик». Это была игра, в которой люди могли выиграть реальную квартиру в Москве. Мы договорились с девелоперами из ПИК, и они предоставили три квартиры. «Рамблер» стал игровой площадкой. Квартиры получили реальные люди, те, кто победил в финале, хотя нас обвиняли в том, что они подставные. Но ПИК и «Рамблер» очень жёстко за всем следили.

— Из игр ты вернулся в сервисы?

— Был такой период, когда я переходил с места на место. Это не я такой оппортунист, просто меня находили предложения, от которых было трудно отказаться. Вот пример с «Мамбой» [популярный сервис знакомств. — Прим. ред.]. Мне позвонил Лёша Басов и предложил выпить пива. Сели с ним в кафе, и он говорит: «Мне нужен президент в "Мамбу"». Как можно от такого отказаться?

— А почему он тебе это предложил? Там же был гендиректор, другие управляющие кадры.

— Нужно было совершить качественный скачок на фоне того, что РБК вкладывал большие бюджеты в маркетинг и продвижение Loveplanet. И Виктор Ремша, глава «Финама», посчитал, что не хватает человека, который будет продвигать «Мамбу».

— То есть ты отвечал за стратегию и креатив?

— Я не могу сказать, что я отвечал за стратегию. Мы вырабатывали её совместно с генеральным директором Андреем Бронецким и операционным директором Максимом Трухиным. У нас очень неплохой триумвират получился. Репутация «Мамбы» как фривольного сайта знакомств меня не смущала. Более того, я думаю, что борьба «Мамбы» с этим стереотипом вредна сервису. Это же здорово, что есть место, где люди могут познакомиться друг с другом для, возможно, несерьёзных отношений, которые вполне могут перерасти в серьёзные. Любой качественный продукт, а нормальная семья — это очень качественный продукт. получается путём проб и ошибок. Конверсия очень мала. Поэтому, так или иначе, Мамба делает очень хорошую работу.

— Как ты потом оказался в «Одноклассниках»?

— Я не собирался никуда уходить из «Мамбы», но получил письмо от Ромы Тышковского, известного в то время хедхантера, который мне предложил встретиться. Я узнал, что речь идёт о позиции президента компании «Одноклассники». Это уже следующий уровень. Передо мной встала дилемма: уйти с комфортного места или принять новый вызов. После некого раздумья я встретился сначала с Юрием Борисовичем Мильнером, а затем с латвийскими акционерами. В итоге обо все договорились.

— Твоё появление в «Одноклассниках» было связано с активной ставкой на монетизацию. Например, ввели платную регистрацию. В онлайне возникали стихийные группы недовольных. Ты как это оцениваешь?

— Недовольства возникают и сейчас, посмотрите на Facebook, «ВКонтакте». На самом деле я никогда не отвечал за развитие «Одноклассников», поэтому стратегия жёсткой монетизации не имеет ко мне ни малейшего отношения. Как первое лицо я принимал удар на себя, но приостановить процесс не мог. Через 9 месяцев я ушёл.

— Ты хочешь сказать, что на тебя повесили всех собак? В народной памяти осталось, что Шерман сделал всё платным.

— Да, сегодня об этом можно говорить. В ретроспективе я понимаю, что, если бы я тогда был настолько же мудр, как сегодня, я вообще не пошёл бы в «Одноклассники». Хотя теоретически это было правильное решение.

— После ухода из «Одноклассников» ты отказался от карьеры корпоративного менеджера.

— Это не было ошибкой. Меня звали в очень много мест, я встречался с разными людьми, не только из мира интернета. Например, с Максимом Ноготковым, который тогда собирался делать несколько проектов в сети, с Артуром Джанибекяном, основателем Comedy Club, с Леонидом Макароном, который тогда возглавлял «Из рук в руки» и хотел активно развиваться в интернете. Но мне хотелось создать что-то своё с нуля. Я понимал, что мне не хватало этой строчки в биографии.

— И тогда тебе дали деньги просто под идею «Дримми» (компания Шермана, которая занимается разработкой онлайн-игр. — Прим. ред.).

— Да. Одним из первых, кто позвонил мне после увольнения из «Одноклассников», был Коля Митюшин из ABRT Venture Fund. Он сказал: «Если у тебя будет идея, приходи, мы тебе дадим денег». Когда она у меня появилась, я тут же ему перезвонил.

— Идея была построить игровую компанию, специализирующуюся на приложениях в соцсетях?

— Да. Митюшин стал привлекать партнёров от фонд Mangrove Capital Partners. У меня была только идея, презентация и определённое понимание, как мы будем идти к нашим целям. Ещё до закрытия сделки у нас появились первые люди и я начал искать офис. Потом сам собирал мебель, каждое утро покупал туалетную бумагу, чай, кофе, чайники. Всё очень было домашнее.

— Но деньги вы подняли. Сколько там было на входе?

Сергей Авдуевский/ТАСС

— В первом раунде мы подняли $2 млн и потом ещё несколько. Сделали первый продукт, когда у нас в компании работало 15 человек, — игру «Рыбалка». Она сразу оказалась успешной и начала зарабатывать деньги. Опьянённые этим успехом, мы активно масштабировались. Задумывали и реализовывали новые продукты, думали, как растить компанию изнутри. Очень сложно тогда было в Москве находить людей, потому что рынок был перегрет. Все клиентские, флешовые программисты стоили безумных денег, потому что их все искали. Мы начали нанимать людей в регионах, у нас появилось четыре региональных офиса. На пике в компании работало 130 человек.

— Затем что-то пошло не так?

— Я хотел сделать слишком много, прилагая слишком мало усилий. Нужно было развивать один продукт, «Рыбалку», усилиями тех 15 человек, которые тогда работали в компании. И именно в фейсбуке. Когда свою API открыли «Одноклассники» и «Мой мир», нам пришлось разбираться со всеми российскими социальными сетями. Кастомизация игры под каждую отдельную платформу занимала много времени, усилий, денег, ресурсов. Правильно было бы выбрать одну платформу, самую большую. Изначально у меня такая мысль была, но акционеры убедили меня, что начать нужно с российских социальных сетей, занять здесь соответствующее место и потом уже идти на Запад

Вторая ошибка — мы не сфокусировались на одной игре, а начали их плодить. «Рыбалка» была уникальным продуктом с точки зрения жанров, потому что симуляторов тогда никто не делал вообще. Можно было бы развивать этот жанр и застолбить его за собой.

— Вы были прибыльны в тот момент?

— Мы выходили на безубыточность, но не надолго.

— Что привело к твоему уходу из компании?

— Самую главную ошибку мы совершили, когда из нашего второго офиса переехали в третий. Сняли большое помещение, сделали там хороший ремонт, купили дорогущую мебель, потому что находились в хорошей фазе роста, много зарабатывали и думали, что сейчас полетит ещё сильнее. К лету 2011 года я начал понимать, что что-то идёт не так, и начал сокращать людей.

— По каким признакам ты увидел, что в компании не всё в порядке?

— В работе был десяток проектов, в компании работало 130 человек, а реально зарабатывали деньги полторы-две игры. Мы начали закрывать проекты, увольнять людей, закрывать региональные офисы. В конце 2012 года было несколько вариантов развития событий, один из которых — продажа компании. Был конкретный покупатель.

— Какой у него был мотив, если компания убыточна?

— Он покупал не компанию, а игры, которые зарабатывали деньги. «Рыбалка» в тот момент зарабатывала несколько сотен тысяч долларов в месяц. Но у нас тогда были долги по налогам и перед сотрудниками. Их нужно было закрывать. Оценку компании мы договорились не разглашать. Но поскольку это была вынужденная продажа, безусловно, это не были космические деньги.

В некоторой степени я сожалею, что ушёл из «Дримми», так как посчитал продажу компании единственным правильным выходом в той ситуации. Сейчас я понимаю, что выбрал самый лёгкий путь. Я попытался сбросить с себя груз, который на самом деле не был грузом.

Компания существует до сих пор, как и некоторые игровые продукты, которые мы тогда создавали. Они по-прежнему зарабатывают деньги.

— Как ты потом оказался в Wix?

— Когда у меня была «Дримми», фонд Mangrove периодически вывозил свои портфельные компании на мероприятия, где мы общались, тусовались и делились опытом. Там мы и познакомились с фаундером Wix. Начали общаться, делиться советами. Он очень хотел открыть в России офис по разработке, но в итоге открыл в Днепропетровске. Когда я ушёл из «Дримми», я ему написал, что готов им помочь, если будет такая необходимость. Через какое-то время он мне позвонил, сказал: «Прилетай, давай поговорим».

— Ты возглавил российский офис, но при этом работаешь в нём один.

— Я руковожу направлением «Россия», а русская команда сидит в Тель-Авиве.

— Что собой представляет сегодня рынок конструкторов сайтов? Только в России на нём масса игроков.

— Рынок очень сложно оценить. Корневая аудитория наших сервисов — это малый и средний бизнес. Как правило, индивидуальные предприниматели. Сказать, сколько их в России, очень сложно.

— Им нужны конструкторы сайтов? Функциональности социальных сетей не хватает?

— Они сами не знают, что им нужно. В соцсетях они выстраивают каналы продаж. Но помимо каналов продаж нужно ещё и место, где тебя смогут найти. Если человек в «Яндексе» напишет «Ювелир город Брянск», он тебя не найдёт, если у тебя нет своего сайта.

— Ваш главный тормоз — недостаточная диджитал-грамотность предпринимателей?

— Это как раз не тормоз, а драйвер развития. Наш продукт ориентирован на тех людей, которые ни черта в этом не понимают. Как ребёнок собирает из кубиков домик, так и сайт в Wix можно собрать по принципу drag-and-drop.

— А как вы объясняете пользу вашего продукта предпринимателю, если он совсем от сохи?

— Во-первых, есть примеры. Они выложены в виде роликов на сайте. Достаточно зайти и попробовать, это просто и бесплатно. Самая большая проблема нашего бизнеса — мощные стереотипы. Люди думают, что создание сайта — это сложно. Нужно кому-то звонить, искать программиста, дизайнера и так далее. Наша миссия — дать предпринимателям возможность решить свои проблемы с их интернет-представительством. Улучшить свои позиции в поисковиках через специальные инструменты, например «Сеовизор». Установить кнопки социальных сетей «ВКонтакте», «Одноклассники», инструменты аналитики.

— Мобайл вы как-то охватываете?

— Все сайты у нас по умолчанию имеют универсальный дизайн. Они адаптированы и под мобильную, и под веб-версию одновременно. Мобильную версию можно улучшать, у нас есть отдельные инструменты в редакторе для этого.

— Чем отличается поведение российского малого бизнеса в интернете от других стран?

— Во-первых, в нашей стране государство не прилагает никаких усилий, чтобы это направление развивалось. Возьмите условного свадебного фотографа. Он считает себя предпринимателем? Он даже не зарегистрирован как ИП, он творческий человек, художник. Или репетитор, который приходит к твоему ребёнку заниматься иностранным языком. Он себя предпринимателем не считает.

Во-вторых, рынок в России находится под контролем больших сетевых компаний. В Европе и США сильно развиты маленькие бизнесы, ориентированные на продажу товаров и услуг соседям. Например, булочная во Франции — это, как правило, маленькое семейное предприятие. Булочная на твоей улице принадлежит одному человеку, а на соседней — другому. Во Франции тысячи частных пекарен, которые принадлежат разным людям. А у нас в каждом городе несколько хлебозаводов. У нас очень сетевой рынок.

— Каким ты видишь настоящее и будущее Wix и вообще рынка такого рода?

— Я очень позитивно настроен по отношению к будущему. Любой предприниматель, который контролирует процессы в рамках компании, безусловно, хочет самостоятельно вникнуть во всё, что касается его бизнеса. Создание сайта не исключение. Он хочет сам понимать, как это работает, чтобы иметь возможность самому этим управлять. Делать те же самые рассылки, самому общаться со своей аудиторией, это очень важно.

Слушайте полную версию интервью на сайте «Рунетологии»
Фотография на обложке: Руслан Кривобок/РИА «Новости»

Обсудить ()
Новости партнеров