16 февраля 2017 года в 17:45

«Секса нет, работы много»: Пять мифов о Кремниевой долине

Откровения российского стартапера

«Секса нет, работы много»: Пять мифов о Кремниевой долине

Основатель проекта Visabot Артём Голдман переехал в Кремниевую долину в июне 2016 года на постоянное место жительства. Сначала он поучаствовал в программе акселератора Founder Institute, к ноябрю вместе с партнёром Андреем Зиновьевым запустил проект и привлёк 15 000 пользователей, а сейчас попал в стартап-акселератор 500 Startups. Его бот для Facebook Messenger помогает мигрантам переехать в другую страну: алгоритм собирает всю публичную информацию о пользователе через соцсети и интернет (мониторит Facebook, LinkedIn, Wikipedia и другие источники), рассказывает, какие документы нужно собрать для получения нужной визы, заполняет формы и документы.

Голдман рассказал «Секрету», с какими ожиданиями переезжал в Долину и что увидел на самом деле, какие стереотипы о Долине оказались ложными и к чему нужно быть готовым предпринимателям, которые отправляются туда за славой и миллионами.

Миф 1. Много лёгких денег для стартапов

Всё зависит от самой компании и её подхода. Если у продукта уже есть американские пользователи или клиенты, найти средства довольно легко. Для этого нужно, например, набрать тысячу голосов на Product Hunt (интернет-площадка, на которой аудитория голосует за технологические сервисы и продукты. — Прим. «Секрета») и попасть в раздел «Продукт дня», или же получить 100 000 пользователей. Это сразу говорит об интересе к проекту со стороны целевой аудитории. В этом случае вы гарантированно наполните календарь встречами с бизнес-ангелами, которые будут готовы инвестировать в проект.

Однако я часто вижу другую картину в случаях с предпринимателями, которые приезжают из СНГ, Индии или Африки. Сперва они спамят своих более-менее успешных соотечественников, которые уже поступили в акселератор, и просят о встрече. После десятка таких бесед им кажется, что всё возможно, в глазах начинают мелькать доллары и успех. Вместо работы над продуктом, его адаптацией под местных пользователей и наращивания ключевых метрик они начинают ходить по конференциям и другим отраслевым мероприятиям в надежде, что когда-нибудь они удачно пропитчат инвестору и он в них проинвестирует. Через два-три месяца таких хождений энтузиазм угасает, у многих кончаются деньги.

Дальше три варианта. Первый: человек в расстроенных чувствах уезжает на родину, считая, что Долина несправедлива, жизнь — боль, а американская мечта закончилась на Джобсе. Второй вариант (правильный): основываясь на текущих трендах и интервью с потенциальными клиентами, основатель строит гипотезы о том, в каком варианте его продукт может взлететь на американском рынке, проводит исследования и реализует самый удачный. Третий вариант (самый провальный): завоеватель Америки имеет доходы в своей стране от другого бизнеса и не работает над развитием того, с которым сюда приехал. Тогда он превращается в привидение, которое ходит по всевозможным событиям и рассказывает всё про свой неработающий продукт, а также пишет мотивирующие посты в Facebook-аккаунте или блоге. Это длится около двух-трёх лет, иногда дольше. У меня есть знакомый, который три года питчил свой стартап, но за это время у него даже количество клиентов не выросло. Вывод короткий: как можно быстрее протестировать все гипотезы и привлечь инвестиции или клиентов. Если через шесть месяцев вы не смогли поднять или заработать хотя бы $100 000, тестируйте новую гипотезу.

© Akintunde Akinleye / Reuters

Как было с нами: когда мы ехали в Долину, уже понимали, что будем заниматься эмиграцией, поскольку у нас был маркетплейс и к нам часто приходили заявки на разные типы виз. Мы решили, что нужно автоматизировать этот процесс, но точного понимания, как всё будет выглядеть, у нас не было. Поэтому мы подали заявку в инкубатор Founder Institute, который помогает проектам на суперранней стадии, и провели там три месяца. Сначала мы проводили интервью с потенциальными клиентами и пытались понять, что у нас будет — сайт или приложение, платформа для юридической фирмы или для конечного пользователя, а может быть, для бизнеса или для HR-специалистов. У нас быстро набралось 200 000 пользователей, и многие из них задавали одни и те же вопросы. Это привело нас к созданию бота. Сейчас мы решили, что нужно работать с юрфирмами и нонпрофит-организациями, у которых сейчас много пожертвований от людей из-за ограничений Трампа, связанных с иммигрантами.

Миф 2. Иностранной команде сложно привлечь деньги без связей в Долине

В акселераторе 500 Startups 40 команд, и больше половины из них не из Америки. Не говоря уже о топовых ребятах, которых все знают. В Штатах проблемы с техническим образованием, это компенсируется за счёт иностранцев. Пока я пишу этот текст, напротив меня сидит Миша Меланин, который привлёк со своим стартапом Statsbot $1,8 млн. За соседним столом сидит команда из Индии, которая сейчас закрывает раунд на $25 млн. Они все до сих не очень хорошо говорят по-английски.

Серьёзно, многие едут сюда и почти не знают языка. Потому что, если у тебя SaaS-решение или драйвер, тебе даже не придётся ни с кем общаться. Если инвестор видит, что продукт за $10 скачали миллион раз, ему больше ничего не нужно. Плюс язык здесь учится очень быстро. Единственное, что нужно уметь, — коряво писать электронные письма, делать презентации и минимально рассказывать о своём продукте. Это максимум три страницы текста А4, но уже через три месяца все начинают говорить. Я видел выступления ребят из России и Индии, и я понимал только 5% их речи — смесь ошибок и акцентов, но продукт обычно говорит сам за себя. Ты всегда можешь потыкать в приложение и показать, что да как. Если ты разработчик, тут ещё проще — все языки программирования всё равно связаны с английским, поэтому ты уже более-менее знаешь его по каким-то командам.

Миф 3. Венчурные инвесторы умнее вас

© Beck Diefenbach / Reuters

Такие инвесторы, как Дейв Макклюр, Адам Дрепер и другие, понимают, что предсказать успех любой команды невозможно на ранней стадии, поэтому они берут количеством. Их основная задача — установить минимальную границу для выдачи инвестиций согласно способностям, бэкграунду и предыдущим успехам фаундеров. Они отбирают много стартапов для встреч, а дальше делают ставки, полагаясь на внешние сигналы (отзывы ранних пользователей, упоминания в прессе, отзывы экспертов индустрии). С большой вероятностью инвестор не знает и не понимает, чем конкретно вы занимаетесь. Я много читал о том, что инвестору нужно понравиться, что он будет устраивать кучу проверок, но на ранней стадии такое бывает крайне редко. Только на A- и B-раундах, когда деньги вливаются в запуск на других рынках и маркетинг, начинаются тестирования.

Миф 4. Сан-Франциско — лучший город для жизни

Каждый 37-й человек в Сан-Франциско — миллионер. Это место входит в топ-6 самых дорогих городов мира, согласно исследованию агентства недвижимости Savills. Мы, например, снимаем квартиру за $4500 в месяц, это на 30-40% дороже, чем Лондоне, про Москву я даже не говорю. В хостеле можно устроиться минимум за $2000. Мой счёт за свет — $700, страховка — $600. Поэтому многим кажется, что в Сан-Франциско должна быть райская жизнь, а у Кремниевой долины есть репутация высокотехнологичного города, ведь где ещё, если не здесь, передовым технологиям быть на службе у горожан?

На самом деле Долина выглядит совсем не так, как представляется. Во-первых, местные законы позволяют бездомным жить прямо на улице. Их здесь полно даже в центре города. Они просто спят повсюду, и никто ничего с этим делает — зрелище не самое приятное. Мне кажется, у этого две причины. Во-первых, большая часть населения думает только о том, как сделать из своей компании единорога, работает по 24 часа, передвигается на Uber и даже не сталкивается с реальным городом. Во-вторых, тут повышенное уважение неадекватности. Здесь можно встретить голого человека с розовым ирокезом, пьющего кофе в Starbucks. В свою очередь, благодаря этому в странные идеи стартапов инвестируют большие деньги, ведь на начальном этапе все успешные проекты — своего рода неадекваты с ирокезами.

© Robert Galbraith / Reuters

Во-вторых, с технологиями дела здесь обстоят не лучше, а то и хуже, чем вы привыкли. Когда я прилетел в Сан-Франциско, очень расстроился: на ховербордах никто не летает, дроны не доставляют еду по воздуху, парковку все оплачивают монетками, хотя в Москве я уже давно делаю это через приложение. Тогда я подумал, что всё современное, наверное, в самой в Долине, возле Стэнфорда. На поезде Caltrain 1992 года выпуска я преодолел 40 миль за полтора часа. И вот я в Маунтин-Вью. Самое высокое здание города — 12 этажей бетона в стиле Ле Корбюзье. Да, по улицам ездят автомобили Tesla и иногда встречаются уродливые Google-кары. Но в консервативных сферах, таких как транспорт, банковский сектор, телефония и интернет, царит монополия. Из-за этого всё очень отстало и неудобно. Американский банк напоминает Сбербанк, только отделения больше, на полу ковры, и бабушки приезжают туда на кабриолетах. За 2 ГБ интернет-телефонии вы отдаёте $50 в месяц. За аренду дома я плачу чеками. Нужно брать бумажку, заполнять реквизиты и отправлять её по почте. А собственник при получении должен идти в отделение и обналичивать чек. Технология постарше VHS и кассетных плееров.

Миф 5. Вкусная еда, красивые рестораны, много баров и развлечений

Местные кафе — это уровень Сочи до Олимпийских игр по ценам топовых отелей и ресторанов Европы. Это облезлые стены, интерьеры 90-х годов и совершенно невкусная еда. Не хочу прозвучать как сноб или гурман, но после Сан-Франциско «Гинза» покажется раем.

Многие фильмы и сериалы показывают предпринимателей в окружении женщин, разврата и кучи алкоголя. На самом деле Долина — не место для развлечений. Секса нет, женщин мало, работы много. Бары непопулярны, поскольку все пашут, Tinder пользоваться бесполезно (я женат, мне друзья рассказывали). На выходных почти все либо развивают продукт, либо уезжают кататься на сёрфе или кайте. Ещё один момент — тут все приучены к здоровому образу жизни: постоянно бегают, правильно питаются. Если кто-то курит на улице, скорее всего, это русский или индус.

© Robert Galbraith / Reuters

Когда я учился в стартап-академии в «Сколкове», у нас было принято ходить в выходные по барам, клубам, выпивать командами. Внутри 500 Startups есть свой чат, и там совсем другие предложения о том, как провести свободное время: «Давайте проведём хакатон», «Давайте что-нибудь запрогим», «Давайте поиграем в PlayStation». В барах обычно только туристы, но и там все обсуждают, является ли искусственный интеллект the next big thing.

Миф 6. В Долине мало русских

Русскоязычных людей очень много, это огромное комьюнити, в котором уже можно создать стартап, найти клиентов, привлечь инвестиции и сделать экзит, даже если вы не знаете ни одного слова по-английски. Из десяти крупнейших технологических компаний в девяти — основатели из СНГ. Известную конференцию SVOD делает россиянка Татьяна Фёдорова. Глава VR-приложений Google — Андрей Дороничев. Фулстак-инженер Messenger for Businesses в Facebook — Михаил Ларионов.

Предыдущее поколение иммигрантов предпочитало становиться юристами, врачами, банкирами, но сейчас мозги из СНГ в основном заполняют пропасть в IT. Сервис по поиску удалённых специалистов Upwork даже рекламу даёт со статьёй про топовых российских инженеров на своей площадке.

Фотография на обложке: HBO

Обсудить ()
Новости партнеров